Генерал, не сдаваясь, снова впился в меня взглядом: — И ты на полном серьезе считаешь — нужно платить⁈
— Пока — да! — отрезал я, повысив голос, чтобы наконец пробить его генеральскую броню. — Пока нормальные законы и прозрачные схемы не появятся, надо платить, и мы будем платить! Как только появится хоть малейшее легальное окошко — я вам первому скажу. Будем спокойно платить пошлины прямо в государственную казну и не трепать себе нервы. Но сейчас выбирать не из чего.
Зимов тяжело опустился в свое кожаное кресло. В кабинете повисла густая, тягостная пауза. Ярость в глазах генерала постепенно сменилась горькой усталостью пожилого офицера, наблюдающего крушение привычного мира. Ему по-прежнему было не денег жалко — его выворачивало наизнанку от моральной стороны вопроса. Мы своими же руками, добровольно несли мзду вчерашней уличной шпане, возводя ее в ранг хозяев жизни. Неправильно это было, дико и противоестественно для советского человека.
— Правильно, неправильно… — негромко, но с нажимом произнес я, глядя прямо на Зимова. — Юрий Иванович, выживать нам сейчас надо. На дворе девяносто второй год, всё рушится. Погибнуть из принципа на старте — много ума не надо. Будут другие времена, будут другие законы — станем действовать по-другому, по всей строгости. А пока наша главная задача — выстоять, запустить магазин и заработать ресурсы. Мертвым принципы ни к чему.
Генерал медленно отвел взгляд в окно, разглядывая серое мартовское небо и голые ветви деревьев, лишь бы не смотреть нам в глаза.
— Ладно. Хорошо, — глухо бросил он, махнув рукой. — На этом и остановимся.
По лицу Зимова было отчетливо заметно, что он только что наступил на горло собственной песне. Каждое слово далось ему с колоссальным трудом, но как опытный стратег он понимал: в текущей диспозиции этот компромисс с криминалитетом — неизбежное, необходимое зло.
Повисла неловкая тишина, которую хозяин кабинета сам же поспешил разрушить.
— Кстати, — оживился генерал, явно радуясь возможности сменить паршивую тему на что-то позитивное. — Я тут Люде первого сотрудника в штат взял.
Люда от неожиданности даже моргнула.
— Кого?.. И главное — зачем? Мы же еще даже двери не открыли. Работы по магазину пока — полный ноль, один ремонт в разгаре.
— Там спец высшего класса, — с гордостью в голосе заявил Зимов. — Такие кадры на дороге не валяются, надо было забирать первым, пока другие не перехватили!
— И кто же это? — заинтересовался я.
— Филипп Васильевич теперь работает у нас! — торжественно объявил генерал. — Лучший инженер ЦКИБа! Легенда!