Но знать, как это работает, — это одно. А вот объяснить это юному, накачанному тестостероном организму, в котором гормоны прямо сейчас кипят, как вода в электрочайнике у Маргариты Сергеевны, — совершенно другое.
А самое неприятное в этой ситуации — я даже не был до конца уверен, что она делает это нарочно. Похоже, она просто так была устроена. Есть такие люди, которые входят в комнату, и в ней сразу неуловимо меняется атмосферное давление. Алевтина Андреевна определенно была из таких. Мощная, яркая, заряженная до предела, как трансформаторная будка с желтой табличкой «Не влезай — убьёт».
Я мысленно, с усилием представил себе Катю. Её искренний смех, её прохладные, влажные после душа волосы, её трогательные подарки. Помогло. Но лишь частично.
— Олег? — Алевтина Андреевна прервала свою речь и чуть приподняла идеальную бровь. — Вы меня вообще слушаете?
— Внимательнейшим образом, — я мгновенно вскинул голову и поспешно вернул на лицо непроницаемое выражение профессионального юриста. — Вы говорили про амортизацию оборудования.
— Я говорила про это ровно три минуты назад, — очень мягко, почти ласково заметила она, глядя мне прямо в глаза. — А сейчас я спрашиваю, сколько конкретно времени займёт государственная регистрация нашего нового предприятия?
Мне показалось, что Маргарита Сергеевна изо всех сил, до слез, пытается не рассмеяться в голос. Два-ноль. Разгром.
Я прочистил горло и заставил себя заговорить исключительно по делу. Чётко, сухо, без лирики.
— Регистрация займет недели три. Это при условии, что нам не будут искусственно вставлять палки в колёса на уровне исполкома. Но есть вопрос гораздо важнее регистрации. По действующему закону об аренде, арендатором государственного или ведомственного имущества выступает не физическое лицо, а организация. То есть — трудовой коллектив. Решение о взятии предприятия в аренду принимает общее собрание коллектива клиники. Тайным голосованием. Вы можете быть сколько угодно гениальным директором и экономистом, Алевтина Андреевна, но если врачи, санитарки и медсёстры на собрании не проголосуют большинством «за» — никакой аренды не будет. Закон это категорически запрещает. А потом, даже если проголосуют, в любой момент коллектив может собраться ещё раз и просто вас переизбрать.
Я выдержал паузу, глядя ей прямо в ее голубые с зеленцой глаза, стараясь не моргать.
— Нам без коллектива никак. Вообще никак. Если лезть в эту авантюру с арендой, люди должны добровольно пойти за вами. Не за Маргаритой Сергеевной, которую они знают сто лет, а именно за вами. А для них вы пока — просто жена генерального директора, которая раз в месяц приезжает сюда на косметические процедуры.