И охранник развернул женщину к узкому выходу, куда так и не успели протянуть запальную дорожку.

Карл посмотрел на пару смертников и медленно поклонился им. Затем жестом указал на «громыхатели» и произнес:

— Три штуки для выстрела готовы. Как только ворота сшибут — можете стрелять. Вряд ли вам дадут закрепиться и отбивать атаки. Арбалетчики всегда идут вслед за штурмовым отрядом. Нашпигуют болтами, и никакие щиты не помогут.

— Мы знаем, капитан. Собирай всех и убирайся. Время не ждет.

Убедившись, что беглецы покинули зал, первый из охранников закрыл за ними узкую дверь потайного хода. Второй тем временем подхватил одну из ламп и спрыгнул вниз, в подвал. Двое против сотни противников — это не серьезно. Разве что раз или два топором махнешь. Все же за свою долгую жизнь оба неоднократно сталкивались с абордажниками и понимали, что за противник сегодня ночью в гости пожаловал. Но вот дождаться, когда враги втянутся в пещеру, и сказать им последнее огненное «прощай» — это будет отличным завершением жизни. И на огненной колеснице в гости к богам, в сопровождении десятков убитых взрывом врагов — что может быть лучше!

Таран вышиб ворота с очередного удара. Створки со скрипом перекосились, а после еще трех бухающих ударов повалились внутрь. Когда ворота ставили, в первую очередь думали об удобстве погрузки и выгрузки товара, старались проем сделать пошире. Никто не думал, что пещеру будут штурмовать. И теперь в распахнутый зев пещеры шагнули первые ряды солдат, прикрывшись высокими щитами. Шагнули навстречу трем выстрелам «громыхателей», прозвучавшим один за другим. И в лицо абордажникам полетели огонь и раскаленный металл.

Тайный ход извилистой кишкой тянулся через всю скалу, чтобы закончиться с другой стороны у широкого оврага, обильно засыпанного снегом. Здесь, среди высоких кустов под задубевшей парусиной пряталось посыльное судно. Какой-то мудрый вождь очередной ватаги решил подстраховаться и дать крохотный шанс тем, кто сможет удрать из осажденной врагами крепости. А может, именно для себя готовил путь отступления. В любом случае — и про ход, и про лодку знали несколько посвященных, одним из которых оказался ряженый алхимик, с трудом пробивавший сейчас себе дорогу в глубоком снегу. Следом за ним в овраг прыгнул Толла-Ка. Оглянувшись на Карла, который закрывал дверь, на узкую тропу скользнула Алрекера. Кусая истерзанные в кровь губы, Ледяная Ведьма шептала про себя молитвы вперемешку с клятвами отомстить. Последним вниз скатился Карл, вбив подобранный по дороге кинжал в щель у порога и хоть как-то заклинив дверь.