— Судя по одежде, кто-то из наших, уезжавших в Курск, — передал ему бинокль дежурный. — Торопится. Как бы чего не случилось у них.

Пока Алексей присматривался, пока связывался по другому каналу с «воеводой», из-за рощицы на горизонте и сани появились. Одиночные, не в составе большого обоза, как следовало ожидать. Явно гонца зачем-то вперёд послали. И вряд ли с доброй вестью.

В общем, Толика Жилина встречали у ворот крепости «в расширенном составе», включая обоих капитанов.

— Сергей Николаевич, — соскочив с коня, обратился он. — Распорядитесь, чтобы доктор приготовился, когда первые сани подъедут. Василий Васильевич очень уж плох, а тут ещё из-за этого чёртова бурана пришлось два дня в сугробе просидеть. Ну и с другими ему придётся поработать, когда подъедут.

— И с тобой тоже? — обратил внимание Беспалых на то, как парень бережёт руку.

— Немного. Но с моей-то фигнёй не к спеху, я и потерпеть могу без проблем. Первым делом — Василию Васильевичу помочь. Рана у него нехорошая.

10

Жилин вовсе не преувеличивал, когда сказал про то, что обозникам пришлось сидеть в сугробе. Когда в середине дня поднялся ветер, местные забили тревогу и потребовали искать укрытие. Ни о каком продолжении пути речи не могло идти:

— С дороги собьёмся, растеряем друг друга.

Спешно отыскали речушку с высокими берегами и на её излучине встали за рощицей, примыкающей к руслу. Хоть там и дуло поменьше, но всё равно за зиму намело снега столько, что Минкин предложил вырыть в том сугробе несколько нор.

— Помёрзнем ведь, — опасались мужики.

— Есть на полуночи народы, что из снега себе целые дома строят. И в тех домах куда теплее, чем снаружи. Не как в наших избах, но даже в трескучий мороз от дыхания и разведённых костерков с потолка покапывает, как весной с крыш. Главное, что ветер не задувает.

В общем, пару нор вырыли, лапника да сена из саней на пол постелили, ветошью прикрыли. И те, кто сперва не поверил, сунув в них нос ради любопытства, ближе к ночи тоже принялись копать руками, палками, саблями, ножами такие же ухоронки. Две ночи в них просидели и день. И никто не замёрз. Только нахваливали, вернувшись из похода по нужде, как хитро наместник Серой слободы выдумал — в снегу греться.

Если не считать того, что невозможно было приготовить горячую еду, то, в общем-то, неплохо пережили буран. Единственное — доставляло беспокойство состояние историка, которому стрела-срезень угодила чуть ниже ключицы. Мало того, что крови много потерял, так ещё и рана гноиться начала, жар у старика поднялся. Вот Андрон перед последним переходом и послал вперёд сани с ним и ещё двумя охромевшими после нападения в сопровождении Жилина на коне, чтобы доктор готовился незамедлительно Василием Васильевичем заняться.