Я выскочил в последний миг. Влил всю накопленную энергию в мышцы, действуя на инстинктах, буквально продрался через землю, что осыпалась сверху. В конце я упал на кого-то, продолжил ползти, но…
Всё прекратилось. Мы почти успели выбраться и толчки закончились. Но тогда этого я не понимал. Полз вперед, уже не думая о том, чтобы кому-то помочь. От финальной части тоннеля мало что осталось. Его засыпало и пришлось пробираться по острым камням. Руки заливало кровью, но я этого не чувствовал.
Горная кишка выплюнула отряд, мы попадали на землю, обессиленные и тяжело дышащие. Здесь тоже случился обвал, бегали люди, раздавались крики. У меня в ушах стоял гул, с опозданием я понял, что камень угодил по голове. Затылок рассекло и горячая кровь залива спину.
Выскакивали сообщения от системы о повреждениях, но я не обращал внимания. Взгляд скользил по членам группы и затуманенное сознание никак не могло понять, что не так.
— Уходим! — кричал Арчи, но я плохо его слышал. Да и говорил он, словно попал в патоку, медленно и неестественно.
Наконец, в голове щелкнуло осознание. Здесь не все. Не двенадцать человек, а десять. Где остальные? Кого нет?
Майки! Я глядел и не находил парня. Не думая, бросился обратно, в шахту. Арчи попытался меня перехватить, но не успел. Забежав в тоннель, я добрался до ближайшего завала и… Увидел руку.
Кисть торчала из под земли, а остальная часть тела скрылась там, под камнями. Я упал рядом, принялся разгребать землю. Подбежал Арчи и без слов начал помогать. Это оказался Майки. Часть тела находилась под землей, парень был без сознания… Вторая часть тела скрывалась под камнями. Тяжелыми, острыми осколками гор, что обрушились на него.
С трудом, но нам удалось вытащить парня. Он не очнулся всё то время, что мы тащили его из тоннеля. Я старался не смотреть на правую часть его тела. Та была… расплющена и вся в крови.
Но Майки дышал. Его грудь медленно вздымалась, легкие качали воздух. Поэтому мы подхватили его и побежали наружу.
— Отставить панику! — кричал начальник шахты, — Это взрывы от прокладки новых шахт! Продолжайте работать, сукины дети!
Шахты состояли из тоннелей и свободных пещер. В одну из таких мы и вбежали, грязные, потрепанные и с раненным Майки, который не приходил в себя. В тот момент я пожалел, что не владею формой исцеления. Парень выглядел откровенно плохо. От правой его части мало что осталось. Рука раздавлена и переломана, болтается на лоскутах кожи. Наверняка и ребра тоже сломаны, но нельзя оценить степень проблемы.
От слов начальника я остановился, переводя дух. Этот бег по узким темным тоннелям забрал все силы. Как он может требовать от нас работать, когда такое… такое случилось⁈ В тот же миг я понял. Может. Всем плевать на то, что кто-то из рабов страха пострадал. Здесь, вне заброшенных шахт, никаких следов разрушений не было. Люди услышали грохот, остановились, с опаской поглядывая на камни у себя над головами, тут-то мужик на всех и наорал.