— Вчера вся группа слышала, как вы ругались с Арчи.

— И это значит, что я злюсь? — постарался улыбнуться Карлу, но тот не повелся и смотрел чуть грустно, устало и равнодушно.

— Не знаю. Пришел спросить.

— Зачем? — заинтересовался я.

Я привык, что никто не хочет общаться. Разговоры в царстве апатии почти также редки, как солнечный свет.

— Ты часть отряда, — ответил буднично Карл, чем озадачил и удивил меня.

— Но разве отряд не страдает из-за меня? Разве я для вас всех не проблема?

— Проблема, — кивнул мужчина, от чего подступило чувство удушья и тошноты.

Я и правда проблема. Фактор, усложняющий всем жизнь.

— Я давно здесь, — вздохнул Карл, — Восемь проклятых лет, а может и больше. Если честно, то когда я говорю восемь, то это слова наугад. Понимаешь? В этом месте время течет по своим законам.

Ох как я его понимаю. Если бы специально не считал, то и сам бы давно потерялся, сколько тут нахожусь.

— Знаешь, это были на удивление бестолковые года, сколько бы их не было, — продолжил Карл.

Я не понимал, что он хочет сказать, но слушал внимательно. В месте, где все молчат, обычный разговор — ценность сама по себе.

— Я привык. Понимаешь? Привык к этому дерьму. Одна и та же бессмысленная жизнь, раз за разом. Я видел и издевательства, и травлю, и как новички убивали себя, и как они на других нападали. Всякое бывало. Это место, где люди теряют надежду, веру на что-то хорошее.

— Что ты хочешь сказать? — не удержался я. От его сентиментальности и грусти в голосе стало как-то неловко.

— То, что ты делаешь — не плохо. — заявил он, чем озадачил меня ещё больше, — Хорошо, когда кто-то даёт отпор ублюдкам. Правда, делаешь ты это отстойно, — смех у Карла, как у висельника, — Жаль, что нельзя дать лопатой по голове этому Рику и столкнуть его в канаву.

Да, я думал об этом. Но вслух сказал совсем другое.

— Это у тебя агрессия?

Агрессия это табу. Даже старший, когда я задел его, причинил боль словами, испугался и не смог меня ударить. Да и сам я не лучше. Стоит себе признаться, что мало того, что я не умею драться, я ещё боюсь стать таким, как Рик. Рабом злости. Тупым существом, которое постоянно ищет, куда слить агрессию.

— Тебя это удивляет? — спросил Карл, — Я тебе так скажу. В каждом человеке есть злость и ненависть. На мир, на судьбу, на тех, кто рядом, на тех, кто причиняет страдания.

— Я больше замечаю апатию и страх, чем агрессию.

— Они спрятаны. И это плохо.

— Чем?

Ответы мне известны но почему-то кажется, что Карл скажет что-то другое.

— Лабиринтом. Он совсем скоро. Я не знаю, когда точно, каждый раз — неожиданно.