Яна даже не дрогнула.
Хелла?
А то кто ж? Ладно, если вы, Ваша Божественность, благословляете — надо пользоваться. Яна не была кровожадной. Но иногда ей просто хотелось убивать. И как правило — за дело.
Два часа спустя она материлась еще хлеще, глядя на монастырь.
— Банда Грициана в монастыре…
Кто не знает чудесный фильм «Свадьба в Малиновке»? А кто — задумывался, что именно осталось ЗА кадром?
К примеру, монастырь?
У Яны от одной мысли о церквях тошнота начиналась. Она дочь коммуниста, внучка коммуниста, ну… ладно! Правнучка подонка! Пра-пра, но это неважно! Она НЕ Романова. И этот груз не взвалит ни на себя, ни на сына.
А если на то пошло… у нее сейчас есть маленький шанс хоть как-то расплатиться с судьбой. Те, кто канонизировал властителей, никогда не принимали во внимание простую истину. Ты сидишь на троне? Но любой трон стоит на крови и костях. И никак иначе. Канонизировать любого венценосца — это как обожествлять Джека Потрошителя, никакой разницы. И там, и здесь крови — хоть залейся.
Может, Потрошитель еще и погуманнее будет. И жертв поменьше.
Яна не считала Романовых своими предками. Отвечать за тех, кто погиб по их вине… это — не ее долг. Но если она может спасти хоть кого-то, она не имеет права равнодушно проходить мимо.
Нет, не имеет.
А за кадром в фильме много чего осталось. И монахи, повешенные на стенах монастыря.
И выбоины от пуль…
И пьяные вопли.
И кони, которых загнали в церковь… ладно, лошадки не виноваты. Но что — при монастыре нет конюшни? Место культа? Это Яну не трогало, но сволочи, хоть историю пожалейте! Иконы, фрески, роспись — это то, во что не одно поколение людей вкладывало свой труд! И не два поколения, и не три… уйдут продажные служители, а история останется. Запечатленная даже и на досках. И в вышивках, и в лицах святых на фресках…
Это как в музее свинарник устроить. Разницы никакой. Гадко.
Яна смотрела и думала, что со сволочами посчитаться надо. Только вот как?
Пулемет бы. Каждого в отдельности отстреливать замучаешься… или…
Яд!
Шикарная штука! Но где ее найти, ах, где ее найти…* вот не захватила она с собой полкило мышьяка! Снотворное есть, то самое, которым чуть ее не попотчевали, но сколько там того снотворного? И как его дать всем подонкам?
*- Романс Книгиной. Музыка И. Шварца, слова Б. Окуджавы, прим. авт.
Яна вздохнула. Да, идея… одно утешает — подонки даже никого сторожить не поставили. Перепились, видимо…
— Топыч, ты остаешься здесь. Если я к утру не вернусь — уходи.
— Яна…
— Не обсуждается.
Яна встала и направилась к монастырю.
И ни выстрела, ни окрика… просто взяла и пришла. Наверное, помогло то, что на улице уже стемнело. Ни фонарей, ни луны — зима же! Легкий снежок падает… легко затеряться. В ворота, правда, стучать не стала. Не было ворот. Вынесли.