Сергеич насторожился, подошел к лестнице и посмотрел вниз.

— Слышь, а с тобой там внизу кто?

— Долгая история, местный парень, — отмахнулся я и спросил с замирающим сердцем: — Что с Машей, знаете?

Сергеич и Макс виновато переглянулись. Пока я готовил лекарства, которые могли бы помочь Максу, Сергеич сказал:

— Маруся как ушла с тем терминатором Тетыщей, так и не видели мы ее. А лезть к нему в логово не стали, там охрана была. И так еле ноги унесли, когда в лагере кипеш начался.

— А тут что было? — спросил я. — Внизу все истоптано.

Открыв бутылку воды, я высыпал на ладонь Макса пригоршню таблеток — он их проглотил, запив. А я показал ему шприц-тюбик обезболивающего со словами:

— Сейчас будет немного больно. — И всадил в бедро.

После укола Макс расслабился и зевнул, пробубнил:

— Хрен знает, что было. Люди какие-то, с огнестрелом. Мы думали, кабзда, Папаша пришел по наши души, вжались в пол, с жизнью простились, ан нет. Покоптим еще маленько.

По идее, Папаша не должен был преследовать двух бесполезных претендентов, которые мало того, что не лояльны правящей партии, так еще и в развитии сильно уступают. Сбежали? Так баба с возу, кобыле легче! Странные эти его опасения насчет погони.

— И как выживали? — осторожно спросил я.

— Путали следы, как-как, — проворчал Макс. — Папаша по ложному пошел, а мы заныкались, на пути орды залегли.

Сергеича перекосило от его слов, он незаметно для меня показал Максу кулак, но сознание у того было затуманенным, он не понял, что про погоню мне говорить нельзя. Зато я очень даже понял: что-то Сергеич опять мутит. Ну не погнались бы за ними просто так.

— И чего Папаше от тебя надо? — с нажимом спросил я и немного блефанул: — Только не врать, я такие штуки научился чуять. Соврешь — свалю нафиг, выживайте как умеете.

И снова Макс глянул на Сергеича и замахал руками.

— Э-э, я-то тут при чем…

Его прервал донесшийся снизу стук. Я понял, что это Эдрик привлекает наше внимание, а раз не зовет, а стучит, значит — опасность.

— Что? — спросил я, подойдя к краю бетонной площадки.

— Идут, — шепотом ответил Эдрик и вдруг возбужденно добавил: — Русские!

Если раньше тут побывала какая-то неизвестная группировка, то теперь точно явился Папаша.

— Что вы сотворили такое, что за вами погоня? — спросил я. — Чем насолили Папаше? Помните — не врать. Почую.

Сергеич сделал страдальческое лицо, сунул руку под куртку и протянул мне стальной блестящий контейнер.

— Вот. Макс спер у Папаши. В сейфе лежало, значит — ценное. Открыть не смогли.

Я взял контейнер, запаянный со всех сторон. Он был теплый, будто живой. Перед глазами появился текст: