Перестав пропадать вечерами и субботами «хрен знает где и хрен знает с кем», я проводил свободное время с семьёй, даже успевая забирать сына из садика, который находился на противоположной стороне Баляевской «площади» и куда супруге приходилось идти довольно далеко пешком, переходя несколько автомобильных потоков. А я на «Жигулях», заканчивая рабочий день в пять, доезжал до садика уже к половине шестого. Лариса, тем временем, готовила ужин из того, что имелось в холодильнике. А в холодильнике, хоть и не японском до сих пор, и других «закромах», имелось всё, что было нужно для готовки.

По дороге с работы у меня ещё получалось заехать на «Луговской рынок» и взять у грузин «всякого разного». С зарплатой в пятьсот рублей в месяц, можно себе позволить питаться с рынка. И большого холодильника не требовалось, потому что мясо я всегда готовил сам, как только приеду. А что там его готовить? Порезал свеженину, посолил, поперчил и пожарил. Пятнадцать минут. А гарниры и супы-борщи уже приготовлены Ларисой.

Жена больше всего любила котлеты с картофельным пюре и я иногда привозил от грузин готовый фарш. Хотя она предпочитала готовить его сама, добавляя много чеснока, чуть-чуть хлеба, иногда прокрученную в мясорубке картофелину. Но главное в фарше — это, естественно, свежее сочное мясо свинины и говядины, смешанное в правильной пропорции. А ещё жена отлично готовила подливку.

Мой день рождения и выходные мы провели на даче, где мы дядькой и отцом за зиму из газобетонных блоков пристроили к первому маленькому домику ещё хоромину. Раздерибанил я свою десятку баксов, продав её по рыночному курсу Киму. А десять тысяч баксов, это по нынешним временам сто тысяч рублей. Очень даже не малые деньги, да. Георгий Николаевич не спрашивал у меня, откуда у меня такие «баксы», а я не спрашивал у него, откуда у него такие «деньги».

Эти рубли я тратить сразу не собирался, а спускал потихоньку, найдя строителей для дачи. Устал я впахивать. Газоблоки хоть и не такие тяжёлые, как бетонные, но… На фиг нужно потом вправлять отцу грыжи всякие межпозвонковые. Дядька с отцом тоже участвовали в строительстве, по мере сил и способностей и настроения строителей, которые работали словно муравьи. Отец с дядькой Сашей такого темпа не выдерживали и больше сидели, пили чай, или что покрепче, контролируя процесс.

Хоромина получилась знатная, при двух этажах с наклонной односкатной крышей в сторону сопки, под которой и стояла наша дача. Это я настоял, имея мысли продолжения строительства. Но пока было не до излишеств. Окружающие бывшие, отцовские коллеги по «портофлоту», только-только приступили к строительству, а мы уже сидим на веранде чаи распиваем. Под их зубовный скрежет, ха-ха…