— Сколько с замполита взял?

— Пока ни сколько, но обязательно возьму. Любая работа должна быть оплачена, а тем более хорошая. Социализм, однако.

— Чувствуется партийная жилка! Молодец, Михаил. О цене сговоримся.

— Однозначно! Выбрали кого поощрять будем?

— Выбрали. Вот фамилия. Но он работает в другой смене.

— Да, всё равно. Мои и без меня справятся, если что. Мне то много не надо. Часок посидит, а дальше я сам.

— Прямо вот так, по памяти?

Я кивнул.

— Вот и Петрович удивился, что не позировал тебе. Говорит, карандашом почиркал и ушёл. Тебе это так легко?

— Всё более-менее легко, если знаешь и умеешь, — неопределённо выразился я.

— Ну да, ну да… У меня вот никак не получаются удары ногами. Бокс забирает всё.

— А вы освой те нижние удары, по ногам. По голени, по колену, по бедру.

— Это как?

Я оглянулся по сторонам. Никого рядом небыло.

— Встаньте.

Он встал и вышел из-за стола.

Я ткнул его носком сапога под коленную чашечку.

— Оп! — он дёрнулся.

— Я не ударю, — покрутил головой я и наметил удар в точку «сан-ри» (с внешней стороны ноги ниже колена). А потом сразу останавливающий удар в переднюю част бедра подошвой сапога.

— Мае, йоко, маваси. Все можно бить низко. Очень эффективные удары. С подшагом в колено, а потом двоечка.

Он дёрнул ногой в мою сторону. Я отблокировал подъёмом колена. Он пробил двойку. Я машинально отработал блоки кистью одной руки: суто и учи ребром ладони по мышцам.

— Больно, млять! — отдёрнул он руки. — Как у тебя так быстро получается? Или я медленно бью?

— Хороший у вас удар. Просто я быстрее реагирую.

— А ну, я троечку, — сказал он и выдал серию: левый, правый, левый. Последний левый даже быстрее чем первый, правый был короткой обманкой. Пэтому, я принял его третий удар правой рукой и ответил одновременно с блоком своей левой ему в бороду. Наметил, да. А потом провёл свою любимую серию: корпус, печень, апперкот в бороду. Всё с блокировками свободной рукой.

— Ты как-то по-другому стал работать. Или мы давно с тобой не спарринговали?

— Давненько да.

— Ты сейчас, как Коля Дёмин работаешь. У него же вин-чунь, да? Вроде как. Брюс Ли…

— В бою не до длинных форм. Классика каратэ — это школа. База, так сказать. Бой — совсем другое. Другие скорости. Другие положения тела. Винь-чунь ближе к реальному бою, но не даёт тренировки мощного удара. А Шотокан показывает, как правильно работать всем телом.

— Ну, ты становишься настоящим мастером.

— Скажете тоже, — «заскромничал» я.

Мне не казалось, что моя техника, вернее, — техника этого тела, достигла хотя бы той степени мастерства, которое было в том мире. Ну ничего-ничего…