Топот тяжелых ботинок по дощатому полу. Поскрипывают половицы. Выворачивающий душу смрад. Аж глаза режет! Мертвяк в доме. И так уже все понятно. Зачем дальше сунулся? Сам не знаю… Я на секунду.
Перекрученная и затоптанная грязная половица. Жалкая скудная мебелишка. Треснувшая печь. Левая створка подвесного шкафчика раскрыта настежь. Вторая, сорванная — валяется на полу. Рассыпаные макароны и горох. Непочатая пачка соли на боку посреди усеянного мукой стола. Старая небогатая посуда не побита, как ни удивительно.
Жирные и блестящие большие мухи буквально облепили синюшные человеческие останки. Ну и черви, конечно. Белесые и мелкие.
Донельзя распухшее мертвое тело. Казалось — вот-вот, именно сейчас — ка-ак лопнет, забрызгивая все вокруг! Под телом мутная лужа.
Почему не сожрали? Да — не суть. Может лошадью или коровой голод уже утолили, может еще чем. Или командир группы из разумных поторапливал.
Или уже после кто-то из местных вернулся — да здесь и помер. Отчего? Да кто его теперь знает — может сердце не выдержало.
Следом за мной в дом сунулся кто-то еще. Заскрипел половицами. Оборачиваюсь. Эбигайл. Бледно-розовые губы подрагивают, как разрубленные дождевые червяки. Глубоко и часто задышав и этим только усугубив свое состояние — женщина выскакивает во двор. Ничего — проблюется. Надеюсь — кишки не выблюет. Иду следом. Я тоже не извращенец.
На какой предмет вообще вырезали деревеньку? Вопрос на который ответа не будет уже никогда…
И вообще, увиденное что-то очень уж придавило… даже самому странно. Хотя за последнее время еще и не такое повидать довелось.
Лошади, как пропеллерами гиперактивно машут хвостами, отгоняя мух. Неподалеку от калитки на дорожке замечаю некрупный собачий череп.
Все бурьяном в пояс вышиной зарастет вскоре. Уже к середине лета. Дичает планета. Города и окружающие их ближайшие пространства еще будут возделываться, а вдали от них воцарятся тишина и запустение.
Земель, могущих прокормить — много, но численность населения за зиму, скорее всего еще поубавится…
Всё — хватит постапа и хоррора на сегодня. Покопытили отсюда!
— Стой! Валя — вон в том домишке с зелеными воротами кто-то есть. Да не хватайся за топор — он из вменяемых. И поаккуратнее, не спугните человека.
Отстраненно отмечаю охотничий блеск, сверкнувший в глазах Рул…
Бойцы расходятся на две стороны. Через пять минут приводят обнаруженного «партизана».
Абсолютно седой парень, еще не достигший и тридцатника. Только брови и веки с темными ресницами странно и неприятно диссонируют со всем остальным обликом.