В ту ночь многие функционеры проснулись от воя сигнализации, скрежета, лязга и звона разбитого стекла. Паранормы, безвылазно жившие на Стержне, с ужасом наблюдали, как дроны врезаются в пуленепробиваемые окна, умирают в электрической вспышке и разбрасывают детали по террасам. Некоторым машинкам удавалось вывести из строя выносной блок кондиционера, разворотить сушилку с одеждой, журнальный столик или вазон с карликовым деревцем. Иные были столь массивны, что от ударов по окнам разбегались трещины. Жужжащие пропеллерами создания клацали манипуляторами, скреблись в двери, носились вдоль фасадов, чертя за собой искрящиеся полосы. Кому-то удавалось проникнуть внутрь апартаментов, хозяин которых вышел покурить на балкон или захотел вдруг подышать свежим воздухом. В комнатах дроны незамедлительно разогревались до критических температур и взрывались.

Турели захлебывались огнем.

Часть дронов была сбита оборонной автоматикой. Но лишь малая часть. Сотни и тысячи устройств, объединившихся в рой, положили на лопатки кольцевые системы Стержня. Турели не успевали перезаряжаться, начался перегрев стволов. Многие пали под ударами роботизированных камикадзе.

Служба безопасности попыталась выпустить собственные патрульные машины — неповоротливые и тяжеловооруженные. Спроектированные для разгона толп и борьбы с людьми. Завязалась воздушная битва, в итоге охранники лишились всего оборудования.

Искореженные и пылающие тела дронов падали вниз. На бетон, аккуратные газоны, скамейки и тротуары. На спящие электромобили, реагирующие воплями сработавшей сигнализации. Казалось, метеоритный дождь проливается на многострадальную гору Тотурбаши.

Функционеры никогда не сталкивались с чем-то подобным. В коридорах и лифтовых шахтах царил хаос. Охранники телепортировались в разные точки здания, техники пытались чинить вышедшие из строя механизмы. Диспетчеры-телепаты захлебывались в информационном шквале. В большинстве помещений отказали кондиционеры. Смолкли турели внешней линии. Накрылись антенны и ретрансляторы, обеспечивающие связь с обитаемым миром. Деки, позволявшие держать контакт со Старлинком, отключились согласно форс-мажорным протоколам.

В четыре потрепанное здание окуталось тишиной. Солдаты киберподразделений Владивостока отступили. Уцелевшие дроны начали возвращаться на привычные маршруты.

Миг предрассветной тишины.

А потом начали происходить загадочные вещи.

В одну из буферных комнат злоумышленники телепортировали спрессованный тюк сена. Тюк оказался сырым и подожженным. Сено не полыхало, а медленно тлело, наполняя помещение дымом. Тюк не подходил под определение «человек», поэтому датчики среагировали привычным для себя образом. Если видишь что-то непонятное — стреляй. Из потолочного люка в центре куба выдвинулась спаренная турель. Стволы взвизгнули, заливая неопознанный объект свинцом. Программа самонаведения отметила, что цель поражена. Турель втянулась обратно, после чего сработали датчики задымления. Сработали поздно — дым успел просочиться в вентиляционную шахту, а через нее — в помещения верхнего яруса. Активировалась пожарная сигнализация. По всем этажам начали рваться клапаны, вентили и задвижки. Узлы управления запустили насосное оборудование, качающее воду и пенящиеся вещества из скрытых резервуаров. В коридорах, апартаментах, фитнес-центрах и ресторанах пошел дождь. В техническом секторе изо всех щелей полезла пена.