В «чистую» смерть функционера никто не верил.
Да, Георгию Беридзе исполнилось девяносто три года. Грамотное питание, спорт, омолаживающие процедуры сделали свое дело — выглядел покойный максимум на шестьдесят. И то с натяжкой. Даже в спаррингах с отдельными устранителями еще мог потягаться.
Тело Беридзе вывезли в неизвестном направлении, затем поступило сообщение о кремации. Якобы такова воля родственников. Правда, родственники куда-то испарились и подтвердить официальную версию не могли.
А версия исходила от Виктора Муравецкого.
Телевидение о смерти одного из высших умалчивало, пресс-центры никаких комментариев не давали.
В три часа дня для посвященных внутри Стержня стало очевидным, что высшие функционеры избегают друг друга и общаются только дистанционно.
Еще через час было принято решение организовать встречу в режиме онлайн.
Виктор Муравецкий сидел в своем кабинете и ни от кого не скрывался. В темных углах внимательный человек заприметил бы фигуры в потертых джинсах, толстовках и надвинутых на глаза капюшонах. Подступы к кабинету тщательно охранялись. В коридоры, рекреации и вестибюли верхних этажей были стянуты агенты служб внешней разведки. Контролировались грузовые лифты, пожарные лестницы, технические помещения и вертолетные площадки.
Трое коллег Муравецкого присутствовали на встрече в виде голограмм. Куратор обороны имел примерное представление о том, где спрятался Чжао, но Муррей и Даркнер находились в постоянном движении. Отследить каждого из них было практически нереально по причине частых телепортаций. Когда осуществлялось очередное перемещение, голограмма подергивалась помехами. Секундная заминка и — продолжение трансляции.
Все голо были трехмерными и свободно разгуливали по кабинету, повторяя действия оригиналов. От взгляда Виктора Муравецкого не ускользнуло, что все участники конференции ограничили поле видимости, сохранив лишь очертания собственных силуэтов. Никаких интерьеров, позволяющих вычислить текущую локацию.
— Что тебе надо? — резко спросил Брай Муррей. Быть может, слишком резко. — У меня много дел. Надо прятать твои косяки от народа.
— Я хочу обсудить новую вертикаль власти, — улыбнулся Виктор Муравецкий.
— Что тут обсуждать, — угрюмо ответил Даркнер. — Текущая схема устраивает всех, кроме тебя.
— Поэтому и умер Георгий, — добавил Чжао.
— Перебьешь всех нас? — Муррей в упор посмотрела на руководителя внешней обороны.
— Зачем же, — Муравецкий смотрел на голограммы коллег и понимал, что функционеры перепуганы. Хотя и тщательно скрывают свои эмоции. — Вы пригодитесь для построения улучшенной версии Системы.