Я с трудом удержал себя на месте. А Босуэлл, сделав пару больших глотков, неспешно прочитал послание, затем снова пробежался по нему глазами и задумчиво пробормотал:

— Кто-то врет…

— В смысле? Что там говорится?

— Мой знакомый из Охранки Пятого уровня сделал одолжение и своими словами изложил часть официального заключения о причине смерти. Если вкратце — после небольшой вечерней семейной ссоры Галатея покинула их апартаменты, чтобы прогуляться в одиночестве и успокоиться. Гуляя, она дошла до круглосуточно открытого Музея Сурверов Хуракана, где решила подняться на третью обзорную лепестковую площадку, под которой ее позднее и обнаружил супруг. Вскрытие показало в ее крови наличие очень серьезного количества алкоголя. То есть она была пьяна, проявила неосторожность, стоя рядом с не слишком высокими перилами, и упала. Как возможная дополнительная причина — суицид.

— Бред! — кажется, я брызнул слюной — да так сильно, что долетело до поморщившегося Инверто. — Гребаный бред!

— Алкоголь мог ослабить ее боязнь высоты? — поинтересовался Босуэлл, вытирая лицо платком.

— Нет!.. Не знаю… — сбавив обороты, я плюхнул на место, чувствуя, как в голове просыпается злая пульсирующая боль. — Но я даже не про алкоголь. Галатея ни за что не пошла бы в музей, чтобы успокоиться, — и уж точно не в сурверский.

Музей Сурверов Хуракана представлял собой вертикальный «разрез» различных сурверских убежищ. Раньше обзорные лепестки-платформы двигались в стороны и вверх-вниз по нажатию кнопки, но позднее их закрепили намертво на различной высоте в самых выгодных позициях, после чего приделали к ним довольно крутые лестницы. Да, там были перила, и нас всех туда водили в детстве. Но Галатея не смогла бы подняться по лестнице — она и на табурет встать не могла.

— Там один вход чего только стоит, — дополнил я, напоминая наверняка бывавшему там Босуэллу про узкую платформу с прозрачным древним ограждением, за которым начинался обрыв.

Нижняя часть музея технически находилась на нашем Шестом уровне и даже уходила еще глубже. Что-то вроде светлой обогреваемой каверны с разрезанными сотами в теле Хуракана. По оценке смотрящих — почти национальный грандиозный проект, показывающий мощь, хитрость и живучесть сурверов. По меркам Галатеи — страшная бездонная пропасть, начинающаяся сразу за входом. В ее случае — зайти и потерять сознание.

— Тут какая-то ошибка, — повторил я, наверное, уже в пятый раз.

— Сделаем так, Амос: я узнаю все мельчайшие подробности, а при следующей встрече поделюсь с тобой, — Босуэлл успокаивающе улыбнулся и пододвинул ко мне непонятно когда налитый им точно такой же стакан с красной чертой. — Выпей. И успокойся.