На ходу Герман судорожно набрал Феликса и Мари — с которыми даже не подумал связаться реньше. Они не знали ни о чем, и скорее всго волновались, вместе с Катей и Элиной
— Феликс, мы нашли её! — закрича в трубку, перекрывая вой полицейской сирены. — Но Агнешка ранена, нож в бок. Мы везем её в Первую городскую, за нами менты с мигалками дорогу расчищают. Собирайтесь и дуйте в приемный покой!
На том конце провода раздался глухой вскрик Мари и тяжелый, прерывистый вздох Феликса. Родители девушки сорвались с места в ту же секунду.
Через несколько минуты под оглушительный вой сирен машина Мирко с визгом тормозов влетела на пандус больницы. Благодаря предупреждению Жоры, у входа их уже ждала бригада врачей с каталкой. Герман первым выскочил из салона, бережно подхватил обмякшее, ледяное тело Агнешки и перенес его на медицинский матрас.
Каталка на бешеной скорости покатилась по гулким коридорам прямиком в хирургический блок. На ходу заспанный реаниматолог осматривал рану:— Время! Нам нужно время! Острый сепсис из-за грязной речной воды, давление падает, сильное внутреннее кровотечение! В операционную её, живо!
***
В операционный блок Агнешку укатили мгновенно. Тяжелые двойные двери с матовыми стеклами захлопнулись перед носом мужчин, и над ними загорелось зловещее красное табло:«Идет операция» .
Мирко и Макс бессильно осели на пластиковые стулья в коридоре, не обращая внимания на въевшуюся речную грязь. Герман стоял у стены, скрестив руки на груди. Его мокрая толстовка холодила спину, но он этого не замечал. В голове звенящим набатом стучали слова Александра Викторовича:«Биологически я ваш отец» . Пазл его жизни разлетался на куски, но прямо сейчас всё это не имело значения. Главное — чтобы Агнешка выжила.
Минут через двадцать, когда тишина в пустом коридоре стала уже невыносимой, в крыло хирургии буквально влетели Мари и Феликс. На Мари не было лица, пальцы женщины судорожно сжимали край плаща, а Феликс, бледный и тяжело дышащий, едва удерживал жену за плечи.
— Гера, где она?! Что с ней?! — Мари бросилась к парням, из её глаз хлынули слезы.
Макс быстро поднялся, перехватывая женщину, и попытался говорить как можно спокойнее, хотя у самого внутри всё дрожало:— Мари, успокойтесь, она в операционной. Хирурги уже работают. Жора сделал зеленый коридор, её доставили вовремя.
В этот момент матовая дверь операционной с шумом распахнулась. Из неё стремительным шагом вышел дежурный реаниматолог. Лицо его под медицинской маской было серым и напряженным, на зеленой хирургической робе виднелись свежие бурые пятна.