— Я женюсь, матушка. Уже в следующем месяце.
— Ах! — удивлённо воскликнула Элеанор и тут же засыпала сына вопросами: — Кто она? Хорошая девушка? Почему ты не привёз её знакомиться? Кто её родители? Как вы познакомились?
— Матушка, не нужно столько вопросов, — Эдвард неожиданно даже для самого себя тихо рассмеялся, пусть это и отдалось болью в шраме, тот от резких движений порой болел. — Её зовут леди Шарлотта, она из графского рода Уотсон-де-Клэр. Воспитанная леди, которая, я верю, будет хорошей женой…
Эдвард вернулся в Лондон за неделю до свадьбы и вспомнил об одной интересной и довольно тревожной вещи. Нет, дом, обустроенный Шарлоттой и её матерью, ему безумно понравился, а мистер Хендерсон так и вовсе произвёл впечатление самого настоящего профессионала.
Но у Эдварда была проблема, которую стоило решить. И это… его девственность. Дожив до своих лет, он ухитрился ни разу не оказаться в постели с женщиной. И, к своему несчастью, ему не хватало не только практики, но и должного уровня теории. Господи, да он женщину обнажённой не видел никогда!
Обратиться к Генри он не хотел. Тот, конечно, прекрасно был осведомлён о том, как обращаться с женщинами, но обращаться к слуге по этому поводу… А вот сослуживцы могли и рассказать о том, что ему необходимо знать.
В офицерской столовой было шумно в этот вечер. Офицеры, едва завидели Стайнера, тут же принялись его поздравлять с будущей свадьбой. Большинство из них — его боевые товарищи, поэтому были приглашены на венчание.
— Ну что, Стайнер, готов к жизни супружеской? — хохотнул один из сослуживцев, Уолтер Блэк, брюнет с очаровывающими девиц голубыми глазами. — Теперь будешь у нас семейным человеком.
— Не готов, — честно признался Эдвард, поднял на окружающих его мужчин какой-то обречённый, но при этом серьёзный взгляд и неожиданно даже для самого себя выпалил: — Братцы, мне нужна помощь. Объясните мне, что делать с женщиной… в постели?
На мгновение все застыли, а после по столовой разнёсся громогласный хохот, некоторые сослуживцы даже повизгивали. Он дождался, когда все отсмеются, чтобы задать свой вопрос заново.
— Погоди, Стайнер, ты что, девственник? — спросил со смешком ещё один сослуживец, Джордж Уилсон, кареглазый блондин с очень густыми бровями, на что получил от Эдварда лишь кивок. — Ни за что бы не поверил!
— Так получилось, — честно признался Стайнер. — Поэтому я и спрашиваю у вас.
— Давай мы тебе оплатим визит к «самой дорогой модистке» в Ковент-Гардене, — предложил Уолтер с усмешкой. — Тебе, я уверен, будет куда важнее практика.