… Эсперо, Та-Сантурана и пятьдесят десантников столпились на тесной платформе плечом к плечу, а потом исчезли в сине-зеленом сиянии телепорта.

Через мгновение Кай рухнул на твердый пол незнакомого отсека, перекатился, гася силу удара и чуть не врезался в кого-то из своих.

Пилон маяка светился мягким светом. Рядом находился последний выживший дрон, он еще слабо шевелился, но движения эти скорее напоминали судороги.

— Руперт?

— Да, босс… — беззвучный ответ пришел на браслет. — Простите, у меня критическая ошибка и разрушение памяти. Был рад служить, но теперь ухожу.

— Ничего, дружище, мы тебя вернём — остались копии…

— Командир, на детекторе жизни девяносто сигналов. В основном они движутся сюда, — прервал Кая один из супервиро, всегда молчаливый Саймон.

— Понял. Готовимся к бою.

Меркурианцы рассредоточились, занимая позиции и волну солдат фонда встретил шквал огня. Одним и даже двумя-тремя попаданиями супервиро не убить, но десантники «Горизонта» меняли картриджи и продолжали стрелять, и охранники Фонда начали валиться на пол. Атака, впрочем, не захлебнулась, и, как только дистанция сократилась до предела, перешла в рукопашную схватку.

Блок, удар, уклонение, снова удар. Рукоять ножа сделалась липкой. Два или три удара попали в панцирь из гравитекса, но материал, созданный для защиты от мономолекулярных клинков, устоял. Последнему из противников Эсперо просто оторвал правую кисть, но вражеский супервиро не сдался — он поднял нож левой, и тут же умер с раздробленным черепом.

Вся схватка длилась лишь четверть часа. Выжившие солдаты Шеффера отступили, и Кай остановился. Площадку возле пилона загромождали трупы. Все они походили друг на друга словно братья.

— Клоны Армана.

— Да, я его как раз вспомнил, — отозвался, тяжело дыша, Саймон. — У нас пятеро двухсотых и двадцать раненых. Было бы хуже, но противник толком не обучен. Новенькие, недавно из репликатора.

Кай кивнул. Он давно привык к утратам, и, теряя клонированных меркурианцев, ощущал не боль потери, а нечто вроде мрачной апатии.

— Значит, за фондом Шеффера еще один должок. Они убили наших и осквернили останки Армана ради своих поганых целей. Кстати, Та-Сантурана где?

— Живехонек, мы его прикрыли.

— А пленных взяли?

— Только одного, сейчас приведут. Эй, ребята! Тащите неудачника сюда.

… Захваченный пленник тоже оказался клоном Армана, он был молод и как две капли воды походил на Дэйки — того самого киллера, который умер на Сирме от яда. В бою парню отрубили руку, и культя уже затягивалась, образуя грубый шрам. Это не избавляло супервиро от боли, он пытался держаться и кусал губы и отворачивался, чтобы скрыть слёзы.