Конечно, самым разумным и быстрым решением было бы убить этого наглеца прямо сейчас. Вот только у него было кое-что, что он мог подарить мне. Например, живая энергия. К тому же немного времени, пока у него не работали способности, у меня имелось. Поэтому я полностью ощущал себя хозяином положения. Но и медлить не стал, а сразу направился к лежащему на земле.

Тот даже не пытался подняться, понимая, что сопротивляться сейчас —самое худшее, что он может придумать. Забавно, как быстро меняется положение. Не так давно я был готов поднять лапки вверх. Все как в жизни. Не зря же придумали поговорку про колодец и плевки.

Перво-наперво я стянул с него балаклаву. Не любил разговаривать с человеком, не видя его лица. А раз у меня было немного времени, то имело смысл чуть-чуть расспросить незнакомца о его житье-бытье. Сколько человек в лагере, где он находится, как он предпочитает умереть и всякое такое.

— Ты кто? — спросил я.

Молодой пацан с глубокими рубцами на щеках от угревой сыпи смотрел на меня внимательно, но без всякого страха, словно каждый день только и делал, что умирал. Даже поправил прямые светлые волосы, сползшие на лоб. Возрастом он был всего на пару лет старше Крыла.

— Меня называют Иллюзио, — сказал он не без гордости.

— Хрелюзио. И кто тебя так называет?

Простой вопрос поставил собеседника в тупик.

— Ладно, — признался он, чуть покраснев. — Я себя так называю.

— Замечательно, но запоминать я не буду. Про способность вроде понял, но ты все равно расскажи подробнее. А еще — где твой лагерь, сколько там человек, как вы вооружены?

— Да какой лагерь? — внезапно рассмеялся Иллюзио, даже попытался подняться на локтях. Но легкий тычок в грудь прикладом привел его в чувство, а то совсем расслабился, хвост волчий. — Нет никакого лагеря. Где заснули, там и лагерь. А из всех людей у меня только Никитка.

— Что еще за Никитка? — насторожился я.

— Так вон он, — указал Иллюзио мне за спину.

Трюк был старый, поэтому я не повелся. Но, судя по выражению лица собеседника, простому как три копейки, он и не собирался врать.

Интересно, как с такой манерой ведения переговоров Иллюзио вообще дожил до нынешних времен. Поэтому спустя несколько секунд я все же повернулся и обнаружил того самого шизофреника, который даже не пытался смотреть в нашу сторону, а продолжил свой путь в неизвестность.

— Никитка? — удивился я.

— Ага. Хотя, справедливости ради, это не он со мной, а я с ним.

— Значит, ты с ним как-то договариваешься?

— Пытаюсь, — Иллюзио опять приподнялся на локтях. Он понял, что прямо сейчас по зубам его бить не будут, поэтому осмелел. — Никитка у нас парнишка своеобразный. Может неделю на месте лежать, как овощ, мне приходится его кормить, как маленького, в туалет водить, а потом вдруг срывается и бежит хрен знает куда. Хотя за определенную область никогда не выходит.