Вообще девушка ей понравилась, даже несмотря на черную, как сажа, зависть, что происходило с Людмилой чрезвычайно редко. Сейчас, вполне возможно, мог упасть какой-нибудь метеорит, или местная речушка окрасилась бы в красный цвет. Но, как назло, никаких небесных тел не пролетало, а до реки еще добраться надо было.

Однако вместе с тем, как только Константин открыл переднюю дверь, Люда дикой фурией выскочила наружу. Шутка ли, почти стокилограммовая женщина даже обогнала сухонького старичка. И все для того, чтобы защитить честь и достоинство своего мужа.

— Ты хавальник-то свой закрой! — приветствовала она красавицу легко и изящно. — Не видишь, что ли, это в нас въехали? Повезло, что живые остались. Сама как курица едешь, даже не пристегнулась.

— Да пошла ты! — сказала девушка, но уже не так уверенно. И даже зачем-то схватилась своими изящными наманикюренными пальчиками за ручку двери. Видимо, желала показать всю противоречивость своей натуры и уйти сама.

— Простите, простите, — водитель фуры вывалился наружу, вытирая потную лысину ладошкой. Видимо, платка у него не было. Именно он теперь и стал высоким железным зданием, в которое были готовы полететь молнии. — В глазах потемнело, руки отнялись.

— Чтобы у тебя хер отнялся, гавнюк ты такой! — раздалось откуда-то с тротуара. — Чуть людей не угробил, ирод.

Людмила окинула взглядом взбудораженную толпу, отметив среди них пару супругов, похожих друг на друга, как те самые двое из ларца. Высокий мужик лет пятидесяти необъятных размеров с каким-то недобрым, почти демоническим взглядом и внушительной задницей. Рядом с толстожопым расположилась подобной же комплекции женщина. Такая себе, если говорить откровенно, она и в молодости явно красавицей не была. А родимое пятно на лбу, напоминающее рог, плюсов к внешности не добавляло. Что интересно, женщина держала за плечи веснушчатого мальчишку лет десяти, будто опасаясь, что тот сейчас выскочит на дорогу. И что-то Людмиле подсказывало, никакого отношения к пацану она не имеет. Хлесткую фразу про мужской половой орган сказала именно Единорожка.

Кондуктор сама никогда хрупкой и грациозной ланью не была, если только в детстве. Однако сейчас у нее возник один неприличный, но весьма насущный вопрос. Как этот Толстожопый и Единорожка трахаются? Или для подобной процедуры приходится пару кранов вызывать?

— Никогда такого не было, — все оправдывался лысый, напрасно ища глазами поддержки среди смотрящих на него. Вряд ли сейчас кто-либо мог сделать два шага вперед и заявить, что подобного действительно раньше не происходило и сегодня все случилось в первый и последний раз.