Марьянов смерил меня недовольным взглядом, вдохнул, выдохнул, включил уже остановленную запись и принялся бомбардировать меня новой порцией вопросов уже непосредственно по последней теме, в частности: «А ты точно его/её не убил?», «Почему не предложил сотрудничество?», ну и на сладкое «Опиши внешность.» и «Считаешь ли ты его/её опасным(ной)?».
И, да. Потенциально одно осознание того, что без маски ты не анонимен и в любом случае сохраняется вероятность быть узнанным в толпе — уже признак наличия ума и здоровой паранойи. А тут человек пошёл ещё дальше — я даже не могу поручиться за пол! Так что если он или она действительно переживёт того босса и всех последующих, то этот игрок будет представлять из себя опасность. Так что я очень подробно описал одежду того анонимуса, прикинул рост, размер ноги и ощущение, преследовавшее меня при разговоре с ним. Буду надеяться на его/её благоразумие, удачи и тем и этим!
Материальных ценностей в этот раз взял с собой немного, но и их Артём Филиппович попросил придержать, так как со мной и за предыдущую партию ещё не расплатились. Попросил сбросить ему на почту фото ценностей и опись, как время будет. После чего отправил меня к медикам. Те проверили меня счётчиком Гейгера и потыкали ватными палочками на предмет образцов грязи из иного мира, после чего отпустили на все четыре стороны в пределах города, разумеется.
Однако, первым делом после душа я сделал то, что давно следовало. Созвонился с Сильвестром Рудольфовичем, покаялся во всех смертных грехах, мол совсем забыл старика, несмотря на всё проделанное добро, что было почти правдой. Тот несмотря ни на что пригласил меня к себе и поскольку время всё ещё позволяло, я принял его предложение, надеясь сбыть часть неучтённого награбленного Давно надо было выйти на контакт, но кто ж мне даст-то? Так что я нисколько не стесняясь, свалил все свои грехи на госконтору, мол совсем загоняли, ироды, поняли, что двужильный — значит, и пахать может за десятерых. Тот поохал, покивал. Покручинился, что теперь не сможет вести со мной дела так, как раньше и его доля в моих находках останется лишь в виде платы за оценку. Мимо госкассы я теперь тоже мало что пронесу, так как нахожусь под колпаком двадцать четыре на семь и вообще теперь будет всё грустно. А ведь дальше будет только хуже! Ибо правительство твоё тебя вылюбит и высушит без остатка, не считаясь ни с твоими потребностями, ни с мнениями, а потому, Денис, давай я тебя в Израиль переправлю. Вот прямо завтра, а после завтра уже на море загорать будешь! Там всё повольготнее будет! А такие шустрые парни, как ты, будут там как сыр в масле кататься и ни в чём нужды не знать.