Вот уж спасибо. Лучше бы вообще вторгаться таким умникам запрещали бы, но нет! Надо сначала изуверски того грохнуть, а потом мне под дверь выкинуть! Супер! Всегда так делай, игра! Впрочем, сдаётся мне, она и так будет это делать. А что это значит? Только то, что из квартиры, да и вообще из города в Угасающие миры больше ни ногой!
«Частью нового мира» — вы привязали себя к Угасающему миру, и ваша связь с ним окрепла. Вы уже ощущаете себя его частью. Делая то, что должно вы становитесь лучом света в темнеющем царстве и скоро к этому свету потянутся. Кто-то, чтобы просто прикоснуться, ну а кто-то захочет его и потушить…'
Это мне так на новых монстров намекают? Да шут с ними! Они так и так повылазят. О… надоели уже эти бесполезные «достижения»! Сколько их там ещё? Одно? Ну ладно…
«Державший свечку» — вы прервали самую длинную в истории геймдева интимную сцену'.
Чего? Какую сцену? Да… не… Да вы чего, Игра⁈ Пауки⁈ Оу… Так они… Оу! Моё больное воображение! Нет! Развидеть! Забыть! Игра, ну так-то зачем⁈ Как спать-то теперь?.. Фу… Ещё и ктулхоид…
С удивлением гляжу на левую руку. На то, как беру в неё ручку и каллиграфическим почерком вывожу на бумаге своё имя. Затем перекладываю пишущую принадлежность в правую и повторяю надпись. Явно не копия, буквы наклонены в другую сторону, но строчка такая же ровная, буквы не скачут, а я не ощущаю абсолютно никакой разницы.
Ещё вчера, когда у меня было двенадцать очков ловкости, я был правшой. Сегодня… Я в смятении. Абсолютно не понимаю, что творится вокруг меня. То есть, понятия «лево» и «право», они, конечно, основополагающие, но сегодня и сейчас для меня они сузились до левого и правого тапка.
Дальше — больше. Разбил будильник. Ну да, как в мультике, он запищал, а я по нему хлопнул и… не, не вмял в столик до состояния тонкого блинчика, но корпусу хана, экран циферблата электронных часов разбит и деформирован, пластиковая ножка отлетела мне в лоб, а на столешнице осталась довольно заметная вмятинка от корпуса.
Всё сегодня мне приходилось учиться делать заново. Я как будто был инвалидом с парализованной левой стороной до этого момента. Такой свободы, координации и лёгкости до этого я просто не чувствовал. Да я даже не предполагал, что так можно! А ещё порвал толстовку, когда надевал её на себя с утра, сломал лопатку, которой переворачивал яичницу от неожиданности, когда раскалённая капелька масла стрельнула мне в лицо и сделал два лишних оборота, когда закручивал кран с холодной водой в ванной. Последний после проведённых над ним манипуляций, естественно, подлежал замене, что вернуло меня с небес на землю к шкурно-материальным проблемам. Под кроватью горшок полный золота, а деньги опять снимать с наследного счёта.