Важно помнить, что сегодня мы знаем, как разрешилась ситуация в тот момент. Третья мировая война не началась, ядерного конфликта с Советским Союзом не случилось. Оценивать все произошедшее и принятые решения из безопасного будущего — это одно, принимать решения в реальном времени — совсем другое. Сегодня мы знаем многое из того, что в то время оставалось тайной.
США и другие государства заявляли, что на безжалостные действия Советского Союза следует отвечать столь же решительно[261] . К 1948 году у Трумэна уже возникли мелкие стычки с Советами в разных точках земного шара, и Советский Союз каждый раз уступал[262] . Но Сталин продолжал испытывать нервы Запада. Летом 1948 года он перекрыл все железнодорожные, автомобильные и водные пути в Западный Берлин, лишив США, Францию и Великобританию доступа в свои сектора разделенного города.
Это был первый кризис, поставивший чисто практические вопросы об использовании атомной бомбы. Трумэн разыграл ядерный блеф[263] . Стратегия получила название «эскалационное доминирование»[264] . Что если пригрозить Сталину атомной бомбардировкой Берлина, а он не отступит? Решатся ли Соединенные Штаты и их союзники напасть на Советский Союз и развязать Третью мировую войну? Удастся ли осуществить атомную бомбардировку? Найдутся ли самолеты? Сколько бомб в наличии? Какие цели выбрать? А если эти цели будут уничтожены, то будет ли достигнута окончательная цель?
Как будут восприняты подобные действия мировым общественным мнением? Если бы ядерный арсенал США обладал даже половиной мощи по собственным оценкам, от такого удара погибло бы огромное множество мужчин, женщин и детей[265] . Возможно, Западу удалось бы добиться цели, но очень дорогой ценой. Советы ни на кого физически не нападали — они просто перекрыли пути снабжения, и следующий шаг в геополитических шахматах был за Западом.
В этот момент Трумэн собрал большой совет для обсуждения ситуации. Такого никогда еще не было. Мнения разошлись. Военные в большинстве своем считали, что, если речь идет о войне, Соединенные Штаты должны использовать новое оружие так же, как раньше использовали обычное. Но другие, в том числе глава Комиссии по атомной энергии Дэвид Лилиенталь, советовали президенту ядерное оружие не использовать. Как пишут в книге «Победить в ядерной войне» Митио Каку и Дэниэл Аксельрод, военный министр Кеннет Клэйборн Ройял поддержал «ястребов»[266] , заявив: «Мы потратили 98 процентов средств на атомную энергию на вооружение. И если мы не собираемся его использовать, эти расходы не имели смысла».