— Хочу! — неожиданно согласился Выживала.

Он неожиданно понял, что хорош любой способ убежать из той халупы, где проживала его семья. Рыбалка была бы классным вариантом. А уж если отец по-серьёзному увлекается рыбалкой, это вообще здорово. Может, он ещё и сплавщик? Ещё круче. «Можно второй раз откинуться где-нибудь на речке. И переродиться при Мамаевом побоище», — чуть не рассмеялся Выживала.

Сплавщик или нет, выяснить сейчас было невозможно, оставалось только смотреть в окно и принимать окружающую действительность. Время приближалось к половине седьмого утра, уже выглядывало солнце, а они всё ещё ехали по городу, похоже, это была дорога между районами. Предприятия, частные дома, бараки… На остановках первые люди, которых с каждой минутой становилось всё больше.

Сейчас самое время людям ехать на работу, но, на удивление, дороги были почти пустые — навстречу попадались очень редкие машины, из них легковушек считанные единицы! Навстречу попалась хлебовозка, две вахтовки и самый ранний жёлтый автобус с надписью «ЛИАЗ» на передней крышке капота. Автобус был битком набитый людьми, так что он ехал, наклонившись направо и скособочившись как креветка. Из окон торчали прижатые вплотную к стеклу искажённые мукой лица людей. Как можно так ездить???

— Люди с Запсиба едут на работу, — с сочувствием сказал батя, глядя на автобус. — Пока доедешь, уже устал и можно не работать.

— А ты как на работу ездишь? — спросил Выживала.

Вопрос его вызвал бурное веселье что у отца, что у Клавки. Естественно, вопрос был глупый: ведь очевидно, что машина отца стояла перед домом всю ночь.

— Моя работа всегда удобно стоит, — смеясь, сказал батя. — Хлебозавод всю ночь работает, мне нужно в 6 утра загрузиться и развезти хлеб по деревням и станциям, чтобы к 8 утра он уже был в каждом магазине. Иногда в гараже оставляю, если на продуктовую базу надо ехать.

Сказать тут было нечего, поэтому Выживала уставился в окно. На обочине появилась большая металлическая стелла с надписью «Заводской район». Вскоре по краям улицы появились дома, на этот раз это были хрущёвки. Ещё новые! Построенные всего с десяток лет назад! Потом, минут через 15, опять по обочинам потянулись многочисленные промышленные предприятия, и опять громадный завод, дымящий во всю ивановскую из всех труб.

«Одни заводы», — подумал Выживала, глядя в окно. — «В девяностые, наверное, все кирдыкнулись». Сейчас он воочию видел, как актуальна фраза, которой придерживались адепты СССР: «Эх, такую страну развалили!».

Выживала понял одну поразительную вещь, которая сразу же бросалась в глаза: несмотря на отсутствие личного автотранспорта на дорогах, город производил впечатление живого. Он работал день и ночь, выпуская миллионы тонн продукции, чугун, сталь, прокат.