— Поясни! — попросил дедушка Кати.

— Клетки гибридомы не хотели размножаться и погибали.

— Саша! А где он их хранил, до того как хотел вырастить?

— В сосудах Дьюара с жидким азотом, Катенок! Так вот, долго он искал причины, почему они погибали, пока не нашел.

— И что же это было? — спросил Сергей Порфирьевич.

— Не поверите! В баллонах с углекислым газом, которые он покупал у местных производителей, оказался очень большой процент монооксида углерода, иными словами угарного газа. Вот он и убивал клетки гибридомы. Тащить такие тяжелые баллоны из Москвы не было никакой возможности, да и много их нужно было. На этом все и закончилось, — завершил повествование Саша.

— А что же с ним стало? — спросила девушка.

— С кем?

— Ну с этим сотрудником?

— Он уехал в США в докторантуру, да там и остался, — ответил Саша, — надеюсь все поняли, какой это огромный труд. И это не считая того, что еще нужно получить саму гибридому. А это тоже немалый труд.

— Так что нам тогда делать? — растерянно спросила его жена.

— Думать! — рассмеялся Саша. — И я уже придумал! Но об этом позже! Предлагаю отдохнуть от такого потока информации и послушать чтение Сергея Порфирьевича о приключениях Ярослава и Альфонсо.

— Ура! — захлопала в ладошки Катя. — Интересно, а кто эта женщина? Неужели сестра того человека, что стрелял в Альфонсо? Вот я сердцем чувствую, что там кроется какая-то очень трагичная и очень романтическая история о любви! Возможно такая же, как у нас с Сашей.

— Я уверен, что наша история больше не будет трагической! — рассмеялся обняв ее муж. — Хватит нам одного Принца с его бандой.

— Кстати, нравы в партийном руководстве даже при Сталине не отличались благопристойностью, — колко заметила бывшая аристократка. — И это я еще не говорю про времена революции. Был такой прохвост — кремлевский завхоз — по фамилии Енукидзе. Его расстреляли за заговор против Сталина. Основу «дела Енукидзе» составляли стандартные по тем временам обвинения в измене родине и шпионаже, а также в причастности к покушению на секретаря ЦК ВКП (б) Андрея Жданова. Однако, наряду с этим, упоминалось «бытовое разложение» партийного деятеля. О том, что в действительности скрывалось за такой формулировкой, те кто его знали рассказывали с отвращением. Старый холостяк, который прежде, по свидетельству Троцкого, отличался крайней застенчивостью и нерешительностью, за годы работы в Кремле отбросил не только «партийную мораль», но и всякий человеческий стыд. Яркое свидетельство оставила Мария Сванидзе — жена брата первой жены Сталина. В тысяча девятьсот тридцать пятом году она написала в дневнике, что Авель Енукидзе пользовался должностью, чтобы «покупать» девушек. С годами, жертвы его влечения становились все моложе — ветеран-революционер целенаправленно нанимал на работу женщин с дочерьми определенного возраста. Причем среди них было много беспартийных и дворянок. «Будучи эротически ненормальным и, очевидно, не стопроцентным мужчиной, он с каждым годом переходил на все более и более юных, и, наконец, докатился до девочек в девять-одиннадцать лет, развращая их воображение, растлевая их, если не физически, то морально», — писала Сванидзе.