— Господи, — выдыхаю. — Это не дом. Это дворец.
— Для принцессы и нужен дворец, — усмехается Демьян.
Идем через холл к центральной лестнице. Дан что-то говорит по-итальянски невысокой женщине в строгом черном платье — видимо, экономке. Она кивает, бросает на меня любопытный взгляд и исчезает в одном из коридоров.
Поднимаемся на второй этаж. Коридор широкий, светлый, с огромными окнами, выходящими в сад. По стенам — портреты, наверное, предков Дана. Суровые мужчины и красивые женщины смотрят с холстов, и почему-то мне кажется, что их взгляды следят за мной.
Останавливаемся перед массивной дверью.
— Твоя комната рядом с моей, — говорит Дан, толкая дверь. — Демьян через коридор…
Не дослушиваю.
Потому что в этот момент поворачиваю голову налево и вижу другой коридор. Узкий, ведущий к боковому крылу. И там, в конце, дверь. Обычная дверь, ничем не примечательная.
Но вид этой двери взрывает что-то в моей голове.
Вспышка.
Ослепительная, болезненная вспышка памяти.
Я бегу по этому коридору. Спотыкаюсь, почти падаю. Слезы застилают глаза, дыхание рваное, в груди ком, который не дает вдохнуть. Хватаюсь за стену, оставляя влажный след от ладони. Добегаю до двери, распахиваю ее, и солнечный свет ударяет в лицо. Выбегаю наружу, едва сдерживая рыдания. Сопли, слезы, размазанная тушь. Больно.
Так больно, что хочется умереть.
Вздрагиваю, хватаюсь за стену, чтобы не упасть.
— Ангел? — голос Демьяна, встревоженный. — Что случилось?
Смотрю на эту дверь, не отрываясь. Сердце бьется так сильно, что кажется, вот-вот выскочит из груди.
— Я... — голос дрожит. — Я помню.
Тишина. Тяжелая, напряженная.
— Что ты помнишь? — Дан рядом, его рука на моем плече.
Показываю на дверь дрожащей рукой.
— Я выбегала оттуда. Плакала. Я... господи, я рыдала так, что не могла дышать. Я убегала отсюда.
Оборачиваюсь к ним, ищу в их лицах ответы.
— Что случилось? Почему я убегала? Вы говорили, что между нами не было драмы, но я... я точно помню. Это было здесь, в этом доме. Я выбегала из той двери и...
Не договариваю. Потому что вижу, как они переглядываются. Быстрый, почти незаметный взгляд. Но я ловлю его.
— Это была не эта дверь, а в правом крыле… — говорит Дан осторожно.
— Почему я плакала? — настаиваю, чувствуя, как внутри все сжимается. — Почему убегала?
— Возможно, — Демьян подходит ближе, его голос мягкий, успокаивающий, — это было, когда твоя сестра тебя обидела. Помнишь, мы говорили о ней?
Смотрю на него. Потом на Дана. Их лица спокойны, выражения озабоченные, но не виноватые.
А должны быть.
Потому что я знаю — чувствую нутром — что они лгут.