Хранилища с запасами придётся также уничтожить, а лучше отравить. Да, определенно лучше будет отправить каким-нибудь не слишком сильным ядом, но очень заразным. Спровоцировать развитие болезней, чтобы нагрузить мануфактуры по производству зелий, которые потом тоже уничтожить. Но лучше поменять цепочку действий.

Планы имели куда больше деталей и нюансов, но они подождут. Сейчас Артиос направлялся к своему старому знакомому. Тёмному магу нужна лучшая броня, а следовательно, и лучший кузнец. Так что кандидатом стал Ейшин, который жил в столице южных песков, рядом со своим потомком Джибиту.

Истории про войну короля-дракона с султаном были известны всему континенту. Чудовищной силы маги сражались подобно сильнейшим богам, оставляя колоссальные разрушения. Легенды ходили и про снаряжения двух правителей. И если Велетуил владел родовыми реликвиями, то вот для Джибиту броню и саблю выковал Ейшин.

Все узники пепельного мира были уникальны и сильны, ведь их таланты оскорбили высших. Так что другого от чернокожего кузнеца ожидать нельзя. Как только он вернулся в Эримос после тысяч лет заточения, то тут же доказал миру, что века в тюрьме не сломили его. Кузня работала круглые сутки, а Ейшин создавал шедевры достойные сильнейших.

Но даже это не помогло южанам. За десятилетия войны они утратили половину своих территорий. Король-дракон лично взялся за врага. То, что Джибиту падёт, стало очевидно, когда с вулканических земель на самом юге континента вышли новые армии в сторону пустынь. Песчаные кланы не могли добиться успеха и на одном фронте, что уже говорить про два сразу.

Пробраться в Иатию оказалось куда проще, чем казалось. Артиос просто прямо у ворот сказал, что он друг Ейшина и его отвели прямо в кузню. Ну а сам южанин подтвердил сказанное.

— Давно не виделись, — с какой-то грустной и усталой улыбкой произнёс кузнец.

И дело тут было совершенно не в том, что король-дракона уже скоро станет осадой у столицы. Грусть вызывал и не факт того, что потомки Ейшина умирают на войне: скоро придёт и черёд Джибиту. Юг проиграл, так и не завершив до конца их проект нового города. Но до этого всего кузнецу не было дела. Он, как и почти все сильные, находился на ином уровне. Его не интересовали деньги, не интересовали власть и подвиги, как и инстинкт эмпатии к потомкам.

Ейшин хотел раскрыть свой потенциал, добиться в своём ремесле недостигнутых никем ранее высот, стать лучшим кузнецом. Артиос всё это сразу понял и без тёмного сосуда.

— Покажи мне свой меч, — тяжело попросил кузнец.

Тёмный маг не стал спорить, а просто выполнил просьбу. Грустный и полный отчаяния взгляд южанина лёг на Жертву. По всей кузне валялись сотни мечей, топоров, копий и даже луков. Все эти изделия обладали мощью достойной не просто каких-то там королей, а генералов армии Кеннора или магов Парящего Острова. Лучшие из лучших по достоинству ценили эти произведения искусства. Но их нельзя сравнить с Жертвой. Чёрный Кузнец задал неподъёмную планку. И отчаяние Ейшина вызывалось не тёмной магией, а пониманием того, что он умрёт в тени чужого величия. Хуже участи для творца и не придумаешь.