Хотя я был на сто процентов уверен, что этот сицилиец бежит из города. И бежит из-за меня. Вернее, из-за новостей. Новости о моих подвигах на пароме, о перестрелке с полицией на пристани, об очередных выходках не в меру меткого стрелка Роберта Фуллера, как окрестил меня ныне покойный Террано, — всё это успело дойти до центра Виндзора. Было бы странно, если бы организация, подобная той, на которую работает Риццо, не имела своих людей на пристани. Наверняка есть. Наверняка сообщили сицилийцу о ЧП. Так что эта крыса бежит.

И он обернулся. Я отметил это краем глаза и продолжил рулить, делая вид, что меня дорога интересует куда больше, чем его фургон. А через полторы минуты, максимум две, — ещё раз.

— Я не я буду, если он нас не заметил, — обратился я к Чарли, когда поймал на себе взгляд Риццо второй раз.

— И что делать? Может, возьмём его на таран?

— Ты, мой друг, что-то развоевался. Тебе не хватило приключений на пароме? Да и, ладно, догоним мы его. Во-первых, неизвестно, что там в фургоне. А ну как там девушки, которых он вывозит? Я это вполне допускаю. Плюс у нас с тобой вроде бы в салоне оружия нет. А у Риццо оно сто процентов есть. А второй раз точно такой же фокус, как на пароме, мы не провернём. Поэтому нет, мой друг, никого таранить мы не будем.

— Роб, ну что же делать? Он же тогда поймёт, что мы едем именно за ним. И когда он свернёт, мы окончательно себя раскроем.

На самом деле вопросы Чарли задавал правильные. И ответов на них у меня не было. Кроме одного.

Я резко прибавил газа — само собой, насколько это возможно на Форде. Догнал фургон, затем обогнал и занял позицию ярдах в двадцати перед машиной Риццо. Достаточное расстояние, чтобы спокойно контролировать действия этого сицилийца в зеркале заднего вида — единственной модернизации, которую уокервилльские копы снизошли сделать со своей рабочей лошадкой.

— Роб, я что-то не понял твой манёвр. Что ты сделал? — удивился Чарли.

— А развилки до Амхерстбурга есть? Одна дорога, никуда он с неё не денется. Или я что-то упускаю?

— Нет, ты немножко не прав, Роб. Здесь показано несколько поворотов, но они не на самой дороге, а на просёлки, которые ведут к усадьбам местных богатеев. Они есть на карте.

— Ну вот и отлично. Если фургон свернёт к одной из таких усадеб — значит, понятно, куда он едет. Никуда от нас там не денется. А если Риццо доедет до Амхерстбурга — там уже по ситуации. Снова пристроимся сзади. Или будем как-то связываться с местной полицией, чтобы они задержали фургон.

— И как ты с ними свяжешься, Роб? Мы вроде как в машине, а не в рубке парохода. Радиостанции я не вижу.