Подвал и визги созданы друг для друга.

Не-шаман понимал, что пронзительный скрип-визг металла слышали. Что-то в решетке он сломал, но сейчас уместнее не рассматривать, а спешно съезжать вниз. Поскольку разведчик, ткнутый в темя алебардой, уже не разведчик, а хороший подарок крысам.

Но было тихо. Хха перевел дыхание и пощупал решетку. Была заперта на стержень, он-то и сломался. Сейчас обратим свои мысли к великому лорду Дагде и возблагодарим за то, что милорд додумался в тот поход отправиться и вовремя там сдохнуть. Иначе бы на решетке стояло хорошее железо, да и стража бы не оглохла.

Поднимал решетку не-шаман столь нежно, что горячая леди Си уж точно бы возмутилась и искусала. Но этой шмонды здесь нет, и это очень хорошо.

Протиснувшись и приготовив к битве дубинку-прижигалку, разведчик осмотрелся. Светильник под покатым сводом коридора горел шагах в тридцати от поганого лаза-слива, а вокруг опять были решетки. Ну, этого следовало ожидать. А вот к запахам уборной присоединился и запах пота. Не любовного, а давно несмытого. Еще кашей слегка пахло. Очень хорошо!

Хха осторожно прикрыл решетку. На него смотрели из-за решетки, той, что третья слева, если к светильнику идти. Индейский охотник такие взгляды из темноты даже спиной чувствовал.

Из-за решетки на гостя смотрел старичок. Ну, не совсем дряхлый — лет чуть за сорок — скромного роста и сложения. Впрочем, рост ни о чем не говорит — если давно сидит, то и сложением изменился. Узник был лохмат и бородат, обряжен в относительно приличную рубашку с изодранным и закапанным кровью подолом. Качество рубашки, конечно, тоже ни о чем не говорило, ее для обвинений недостаточно — может, старикан ее просто украл где-то?

Узник молчал, только печально пялился. Хха тоже не спешил начинать беседу. Как на этот момент выглядит сообщник-оборотень летающей тетки — он же незадачливый жених леди Си — предугадать было трудно. По мысленному впечатлению — это именно он. Мыслей своих не дает понять, но нечто дарковское чувствуется — похож на свою предводительницу, может, они даже родственники. Но может случиться и «подстава», как предупреждала леди Эл.

Не-шаман на всякий случай кивнул узнику и прошел дальше по тюремному коридору. Следовало осмотреться, а уж потом начинать шпионские разговоры.

Через две решетки попалась камера видом почище, тоже обитаемая. Но преступник здесь оказался вообще невежливый, на посетителя внимания не обратил. Сразу видно — очень занятой и образованный человек, недаром лыс как колено. Узник торопливо и увлеченно писал на стене, слышался лишь скрип камня. Хха присмотрелся, ничего не понял: буквы были жутко маленькие, да и темновато. Хайова осознал, отчего камера кажется более чистой: вся копоть со стен стерта — стену покрывают сплошные строчки, наверное, даже не в один слой. Лысый узник вдруг ахнул, запрыгал-побежал на четвереньках вдоль стены, с яростью зачеркивая только что написанное. Хха с уважением покачал головой: как жабу не дуй, а в глубокой образованности и грамотности таятся многие достоинства. Глубоко образованному человеку даже в тюрьме сидеть ничуть не скучно. Но никаких нечеловечье-оборотничьих мыслей этот умный узник не выказывал. Даже жаль немного.