— Я не исключаю вероятность того, что Мстиславские узнают о втором Источнике, и начнут на тебя давить в попытке добраться до Камня. Каким образом? Да через Лиду. Ты не сможешь отказать своей жене в исполнении её небольшого каприза… не перебивай, слушай. Если привязка пройдёт удачно, император начнёт давить и на меня. Великая княжна во всех этих игрищах давно стала разменной монетой. Её деду наплевать, что он этим может сломать жизнь девочки, а Юрий Иванович пока слишком слаб, чтобы воспротивиться императору.

— От Мамоново до Москвы тысячи километров, — возразил я, поглаживая холодную поверхность Камня. — Ты не представляешь для Мстиславских угрозы. Ну, есть у тебя второй Источник, дальше что? Воевать со всеми соседями станешь? Войной на столицу пойдёшь? Тебе и здесь хорошо. Первый парень на деревне…

— Шутник, — отец легонько щёлкнул меня по кончику носа. — Но ты прав. Только Мстиславские смотрят стратегически, как и привыкли за сотни лет единовластия. Поэтому я хочу, чтобы ты там, в столице, начал побыстрее заводить связи и набираться влияния. Да, это будет трудно под строгим присмотром императора. Постарайся сблизиться с цесаревичем Юрием. Он неплохой человек, с ним можно иметь дело, не опасаясь удара в спину. Стань для него не только зятем, но куда больше — сыном.

— Зря ты боишься насчёт Лиды, — возразил я, когда отец взял паузу. — Если мне удастся перенастроить магическое ядро, то ваш Источник будет воспринимать княжну как свою. Надо было Арину позвать, чтобы она продемонстрировала безопасность инициации, но ты же не согласишься…

— Сам знаешь, что это невозможно. Арина — девушка умная, приятная и надёжная. Но пока ты не определился со своим будущим, лучше её не вовлекать в наши тайны.

Я согласился с отцом, несмотря на то, что со своим будущим уже определился. В ближайшее время у меня две задачи: сделать предложение девушкам и запустить производство «Бастионов».

— Будем экспериментировать или болтать о тайнах и интригах высшего света? — нетерпеливо спросил я.

Отец кивнул и вытащил из кармана знакомый ритуальный нож в ножнах. Тот самый, которым я пустил себе кровь для привязки к «старшему» Источнику в свой первый приезд в родовое гнездо. Сняв куртку, я повесил её на перекладину лестницы и закатал рукав свитера до локтя.

— Давай нож.

Сжав костяную рукоять ножика, я полоснул по левой ладони и вытянул её, глядя на капающую кровь. Она попадала на шершавую поверхность и тягуче скатывалась по бокам в каверны. Отец замер за моей спиной и даже дышал через раз. И когда элементали, получившие свободу с вытекающей кровью, взметнулись разноцветьем радужных всполохов, ахнул и отшатнулся назад. Камень стал нагреваться, и кровь не зашипела, испаряясь с поверхности, а втянулась внутрь.