— Следовало этого ожидать, — я почесал макушку, прикидывая, смогут ли охранники Великой княжны заметить нашу ночную прогулку.

— Не переживай. Из флигеля сарай не виден, а значит, по улице мы спокойно пройдём. Я останусь в библиотеке, поработаю с документами. Как выйду на улицу, сразу позвоню тебе. Ну а ты сам придумай, зачем ночью по особняку шарахаешься. Если вдруг люди Баюна заметят, конечно.

— Да перекусить захотел, вот и иду в столовую, — ухмыльнулся я. — Это единственное, что может меня поднять с постели посреди ночи. Всё равно к Лиде в комнату не допустят…

— Разумная версия, — губы отца дрогнули в улыбке. Он хлопнул ладонями по коленям и поднялся. — Ладно, пока ложись спать. Часа два-три у тебя есть… А что, тянет уже к Великой княжне?

Я ничего не ответил, только отмахнулся и закрыл за Главой дверь. Приготовил одежду для ночной прогулки и задумался. А с чего бы мне таиться в собственном доме? Мало ли куда мне приспичило? Может, я люблю при свете луны тренироваться на улице? Она сейчас на убыль идёт, но мне и этого хватит. Захвачу свой складной чонбон для пущей убедительности. Пусть лучше охрана пальцем у виска покрутит, чем задумается об истинной причине моего гуляния по особняку в поздний час.

Как ни странно, заснул я быстро, и когда заиграла мелодия на телефоне, открыл глаза, ощущая бодрость и лёгкое возбуждение. Нажал на «приём».

— Слушаю.

— Выходи, я жду тебя на крыльце, — раздался голос отца. Он тут же прервал разговор.

Я быстро натянул на себя штаны и свитер, захватил шест и очень тихо, стараясь не шуметь, вышел в коридор. В полутьме вряд ли меня кто-то увидит, а вот внизу есть шанс столкнуться с бодрствующей сменой охраны Великой княжны. Книгу там читает или какое-нибудь кино по визору смотрит. Фильмотека у Мамоновых большая, есть из чего выбрать.

Охранник в гостиной был, но из родовой охраны. Он сидел в кресле и в свете ночника листал толстый журнал. Оторвавшись от глянцевых страниц, кивнул мне, показав жестом, чтобы я поторапливался. Сам знаю, что делать. Обувка, куртка, капюшон на голову — и выскальзываю наружу. Схема отработана.

Жгучий мороз обжигает лицо, даже дышать страшно. Вдруг лёгкие изморозью покроются! Дымка окутала окрестности, даже забора не видно. Отец нетерпеливо топтался на месте, ожидая меня. Ничего не говоря, мотнул головой, призывая идти за собой.

По хрусткому снегу дошли до сарая. Князь Мамонов таким же способом, как и дед, открыл замок — видать, он был завязан на кровь старших мужчин Рода — и первым проскользнул внутрь. Уверенно спустившись в яму, отец дождался меня и негромко заговорил: