Над головой что-то прошуршало.

— Сука, стреляют! — заорал Витька, пригибаясь. — Надо щит ставить!

— Не вздумай! — рявкнул я. — Давай вперёд! Сейчас достану их!

План мой был прост, как мычание телёнка. Накопленная энергия требовала выхода. Стал на ходу формировать плотную массу воздуха, и как только почувствовал, что меня скручивает от переизбытка заряда, сжал правую руку в кулак. С выдохом ударил в пространство перед собой.

Техника, которую я применил, называлась «Кулаком ярости». Она придавала скорость и силу спрессованной массе воздуха, и горе тому, кто попадёт под него. Может и кости переломать. Загнанный зверь, готовящийся к смерти, заставил моё сердце клокотать разбушевавшимся вулканом. И плевать, если сейчас кого-то из браконьеров убью.

Я намеренно не стал визуализировать конструкт, хотя мог насытить его элементалями огня. Было бы красиво, но тогда у незнакомцев появлялся шанс увернуться. А так… Один из снегоходов словно пинка под зад получил от невидимого гиганта. Ревущая машина кувыркнулась носом вперёд, сделала двойное сальто в воздухе и рухнула в снег, погрузившись в него наполовину. Две фигуры вылетели из сидений ещё в самом начале, и это обстоятельство, возможно, спасло им жизни. Рухнув в снег, они замерли распластанными лягушками. К ним тут же устремился снегоход с Терентием и Дайааной.

Второй снегоход заложил резкий вираж, меняя направление. Раненый зверь седоков уже не интересовал. Я понял, что водитель стремится срезать небольшой угол излучины, чтобы выскочить на лёд и по открытому пространству уйти от погони. Клык понял его манёвр и прибавил скорость, чтобы перехватить его у берега. А наш снегоход встал параллельно чужому, неумолимо сокращая дистанцию. Между нами было метров сорок-пятьдесят, когда пассажир на заднем сиденье, как заправский ковбой, вскинул руку. На солнце тускло блеснул ствол дробовика.

А ну-ка! Энергии у меня ещё хватало до одури, поэтому я долго не думал. Раскрытой ладонью толкнул сгусток спрессованного воздуха такой концентрации, что его можно было увидеть. Скручивающиеся светло-серые жгуты, насыщенные почему-то влагой, понеслись навстречу летящей дроби. Вот же дьявол! Водные элементали вмешались в процесс и теперь быстро замораживали воздух, создавая из него ледяной панцирь. Получилось неплохо, несмотря на своевольство элементалей. Дробь влетела в преграду, кроша её на тысячи миниатюрных льдинок. И бессильно осыпалась на землю.

Прострекотала автоматная очередь. Это Баюн, забрав у Клыка автомат, методично лупил упреждающими, предлагая «ковбоям» не шутить и остановиться. Снег то и дело вспухал маленькими фонтанчиками то рядом, то впереди несущегося снегохода. Браконьеры не вняли предупреждению, как следует поднажали — и машина, подпрыгнув на каком-то холмике, вылетели на речной лёд. И повернули туда, где сейчас нас ждали девушки! Этого я допустить не мог. Похлопав Витьку по плечу, словно призывая его ускориться, начал перебрасывать из ядра энергию в левую руку. Пальцы свело от онемения, невероятная тяжесть, словно шарики ртути, скатывалась с плеча в ладонь.