замер.Тело среагировало мгновенно.Не страхом.Напряжением.Совсем другим.И он сразу понял:Отец.Интересно…Очень интересно.Шаги приближались.Тяжёлые. Уверенные. Человека, который привык занимать место.Потом голос.Низкий. Хрипловатый. Раздражённый.— Где он?Медсестра что-то ответила тише.Голос отца: — Да понял я. Не ори.Арсений медленно сел обратно на кровать.Сердце неожиданно ударило сильнее.Не его реакция.Тела.Внутри подростка явно жила очень сложная смесь:страха;уважения;желания понравиться;и постоянного ожидания оценки.Арсений мрачно подумал: «Ну здравствуй, Алексей Ветров».Дверь палаты открылась резко.И отец вошёл.Первое впечатление: опасный.Не карикатурный бандит из дешёвого сериала. Не «шкаф» ради понтов.Настоящий мужик девяностых.Высокий. Широкий в плечах. В тяжёлом тёмном пальто. Под ним — малиновый пиджак, дорогой по меркам времени, но сидящий чуть грубовато. Коротко стриженный. С жёстким лицом человека, который привык решать проблемы руками быстрее, чем словами.И глаза.Вот глаза были умные.Уставшие. Очень внимательные. Очень живые.Такие глаза Арсений видел у:бывших спортсменов;военных;охранников;людей, которых жизнь долго била, но не сломала.От него пахло:морозом;табаком;бензином;дорогим мужским одеколоном;и улицей.Настоящей улицей девяностых.Он вошёл быстро, но, увидев сына, вдруг замедлился.И вот это Арсений заметил сразу.Испугался.Не за себя.За пацана.Алексей Ветров смотрел на худого бледного подростка на больничной койке и явно видел: «чуть не потерял».Это было настоящим.Без игры.Арсений почувствовал, как внутри что-то неприятно дрогнуло.Потому что такие эмоции подделывать сложнее всего.— Ну? — сказал отец грубовато. — Решил всё-таки не подыхать?Тело напряглось.Ждало удара.Арсений внутри холодно отметил: привычка.А потом произошло неожиданное.Отец подошёл ближе и вдруг коротко сжал его затылок ладонью.Жёстко. Неуклюже. Мужицки.Но очень живо.— Дурак, — тихо сказал Алексей Ветров. — Ты нас чуть не угробил.Арсений замер.Вот теперь он окончательно понял: семья тут гораздо сложнее, чем казалось.Потому что мать играла любовь.А отец, похоже, просто не умел её показывать нормально.Очень опасная разница.Алексей тем временем отошёл к окну.Движения тяжёлые, уверенные. Человек, привыкший, что его боятся.Но сейчас он выглядел не опасным.Уставшим.Очень.Он достал сигареты, машинально хотел закурить, вспомнил где находится и зло сунул пачку обратно.Нервничает.Сильно.Арсений смотрел молча.И внутри профессиональная часть сознания уже разбирала мужчину на детали.Бывший