Глава 7.
Страница 64 из 167
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 7.

Страница 64
страшно.Его когда-то назвали иначе.Шершень.Потому что он был сухой, злой, быстрый и, по словам Громова, «маленькая тварь, после которой у всех начинается аллергия на подвиги».Кличка прижилась.Потом стала позывным.Шершень.Не большой. Не благородный. Не красивый.Но если залез не туда — запомнишь надолго.Арсений посмотрел на слово и усмехнулся.Да.Подойдёт.Колобок. Кобра. Шершень.Диверсионная группа мечты.Один ест всё, что не приколочено. Второй жалит даже мебель. Третий слишком стар для этого детского сада, но, видимо, выбора у него нет.Он долго сидел над листом.Потом написал ниже:Цель: не повторить прошлое. Сделать лучше.Посмотрел.Зачеркнул.Слишком пафосно.Написал заново:Цель: вырастить так, чтобы выжили.Вот так правильно.Без красивых слов.Суть.За окном стемнело окончательно. Снег начал падать снова — мелкий, сухой, почти невидимый. Он кружился в свете фонаря, как пепел.Арсений сидел в тишине, слышал, как внизу тихо разговаривают отец и мать, и вдруг отчётливо понял:эта глава его жизни заканчивается.Больница. Дом. Первое восстановление. Первая разведка. Первое понимание.Дальше будет другая скорость.Он уже не мог позволить себе ждать годы, как это было когда-то.Он должен стать взрослым быстрее, чем ему положено по паспорту.Потому что где-то за серым забором детдома маленький Антон Иванов уже смотрел на мир так, будто никому не верил.И если Арсений опоздает, тот всё равно выживет.Но станет таким же одиноким, каким когда-то стал он.А этого теперь можно было не допустить.Он сложил карту, спрятал лист с фамилиями в папку за старые рисунки прежнего Арсения и выключил лампу.В темноте комната стала мягче.На стене виднелись тени от веток.Арсений лёг на кровать, заложил руки за голову и тихо сказал в потолок:— Ну что, Шершень… пора строить улей.И сам поморщился.— Господи, какая мерзкая фраза. Никому не говорить.Потом впервые за день рассмеялся.Тихо.Без кашля.Почти свободно.

Глава 7.

Глава 7.

Глава 7

Весна в девяностых выглядела так, будто зима перед уходом решила напоследок устроить стране мелкую пакость.Снег уже почти сошёл, но не красиво, как в фильмах, а грязными серыми островами вдоль дорог. Асфальт блестел мокрыми лужами. Ветер таскал по дворам прошлогодние бумажки, окурки и полиэтиленовые пакеты. Возле остановок пахло сыростью, бензином и дешёвыми сигаретами. Деревья стояли голые, злые, будто сами не верили, что скоро станет тепло.Арсений сидел за рулём старенькой «Нивы» отца и смотрел на здание детдома через лобовое стекло.Дворники лениво скрипнули, размазывая по стеклу грязную воду.Машина пахла:бензином;влажной тканью сидений;мужским одеколоном Алексея;и новой спортивной формой, которая лежала на заднем сиденье в больших пакетах.Рядом с формой — коробки:мячи;настольные игры;фрукты;сладости;дешёвые, но крепкие рюкзаки;фонарики;термосы.Колобок, если увидит количество еды, наверное, попытается вступить с Арсением в официальный брак.Арсений тихо усмехнулся.За последние месяцы он приезжал сюда ещё трижды.Не внутрь.Пока нет.Смотрел. Наблюдал. Проверял.Кто дерётся. Кто лидер. Кто слабый. Кто ворует. Кто боится. Кто врёт. Кто умеет терпеть.И чем дольше он смотрел, тем яснее понимал: это дети.Не будущие бойцы. Не диверсанты. Не его команда.Пока — просто дети.Это было… неприятно.Потому что память постоянно накладывала поверх:взрослого Кобру;огромного Колобка;себя;Лену.А потом он видел:разбитые колени;сопли;кривые шарфы;слишком большие ботинки;драки из-за конфет.И внутри что-то тяжело сжималось.Потому что никто не должен был становиться оружием в таком возрасте.Но жизнь обычно плевать хотела на правильные вещи.Арсений провёл пальцами по рулю.Кожа на ладонях стала грубее.За эти месяцы тело изменилось ещё сильнее.Он вытянулся. Плечи раздались. Худоба осталась, но стала другой — сухой, жилистой.Теперь он уже не выглядел больным мальчиком.Скорее:слишком спокойным подростком;с нехорошими глазами;и движениями человека, который привык держать дистанцию.Палыч недавно сказал:— Ты двигаешься как взрослый мужик, который случайно застрял в молодом теле.Арсений тогда едва не подавился водой.Пришлось откашляться и ответить: — Болезнь тяжёлая была.Палыч долго ржал.Старый чёрт явно подозревал, что у Ветрова в голове поселился пенсионер.И, если честно, был не так уж далёк от истины.Арсений посмотрел на часы.Пора.Он вышел из машины.Весенний воздух был холодным и мокрым. Под ногами чавкала грязь. Куртка сразу поймала ветер под воротник. Где-то в соседнем дворе орала музыка

назадназад
1 ... 62 63 64 65 66 ... 167
впередвперед