Дураки, одним словом. Ещё и козлёнка моего прибили, совсем ни стыда ни совести. А я ведь этого козлёнка сам хотел зарубить! Энергия от убитого порождения хаоса досталась бы мне, искра бы окрепла, и вообще всё было бы замечательно. А теперь что? Топай пешком вместе с этими олухами и делай вид, что всё в порядке.

Кстати, надо будет выяснить, как тут называют монстров хаоса. А то ляпну ещё привычное мне название, и все будут снова странно на меня смотреть. Прямо как сейчас, идут рядом и постоянно косятся. Думают, наверное, что я в любой момент могу озвереть и броситься на них с голыми руками. Смешно даже, если честно. Я бы их и без озверения раскидал, будь мне лет на пятьдесят поменьше.

На дальней окраине деревни уже организовали подобие походного штаба. Два шатра, несколько телег, суета вокруг. Люди бегают туда-сюда с важными лицами, передают друг другу какие-то бумаги, что-то обсуждают вполголоса. В общем, типичная картина бюрократии в действии.

В один из шатров меня и завели на допрос. Там уже сидел какой-то офицер, судя по погонам и надменной роже. Он указал на стул напротив себя, и пришлось сесть, хотя больше хотелось развернуться и уйти. Но ладно, потерплю немного, не впервой.

— Итак, — офицер достал блокнот и перо, — начнём с простого. Имя, звание, род.

— Игнат Васильевич Клинцов, профессор Императорской академии магии, глава дома Клинцовых.

Офицер поднял бровь, явно удивившись моему заявлению. Видимо, не ожидал услышать такое от старика в соломе.

— Профессор? Из Клинцовых?

— А что, не похож?

Он промолчал и записал что-то в блокнот.

— Хорошо, профессор. Тогда объясните мне, какого чёрта вы делали в эпицентре всплеска?

— Мимо проезжал, — пожал плечами я. — Увидел, что начинается всплеск, решил переждать в ближайшем укрытии. Что тут непонятного?

— Вы проезжали мимо на коне с гербом вашего дома на седле, — уточнил офицер. — И вместо того чтобы уехать подальше, как сделал бы любой нормальный человек, направились прямо к центру?

— Я старый, господин офицер. Зрение уже не то, да и соображаю медленно. Пока понял, что происходит, уже поздно было бежать.

Он посмотрел на меня с явным недоверием, но возразить было нечего. Я изображал из себя безобидного слабоумного деда, и делал это достаточно убедительно.

— Ладно, — продолжил офицер. — Допустим. Но как вы объясните, что провели несколько часов в самом эпицентре и при этом не подверглись воздействию хаоса?

— А с чего вы взяли, что не подвергся? Голова до сих пор гудит, в глазах двоится, тошнит немного. Думаете, мне там весело было?