— Где мы, Вась?

— В тюрьме. Сейчас ночь. Утром нас отведут в суд и отправят на плантации. Это Бен говорит, он, вроде, разбирается.

— Уж будьте уверены, — кивнул сосед.

— Надо уходить, Дань.

— Я не могу, — признался парень. — У меня в голове как будто блендером мозги взболтало. Я пешком-то идти вряд ли смогу, не то что на Дорогу выйти.

— Это плохо.

— Да не переживайте вы так, молодёжь! — оптимистично сказал Бен. — Я же говорю — долго этот бардак не продлится. Либо наши победят, либо развалится всё к чертям, и принудительные работы не будут самой большой нашей проблемой. Думаю, месяца три, много четыре…

— Дня, — сказал Данька.

— Чего?

— Три-четыре дня. Затем коллапс.

— Коллапс чего? — удивлённо спросил сосед.

— Всего. Что-то надвигается… Я его почти вижу… — парень сдвинул на лоб очки.

— Хрена себе, — сказал Бен. — Ты… Ой, как хреново.

— Что хреново? — спросила осторожно Василиса.

— Нельзя вам на суд. Это патрульные раздолбаи нас не обыскали и очки не сняли, им наплевать на всё. А там, как только его глаза увидят, так вам и конец. Вы же как-то связаны со Спасительницей, да?

— Связаны, — кивнул Данька. — Ещё как связаны. Нам очень срочно надо к ней. Иначе будет большая беда.

— Дело сложное, — с сомнением сказал Бен, — но я знаю кое-каких людей… Правда, они там, а мы тут.

— А если бы мы могли выйти? Эта стена наружная? — Василиса постучала по стене камеры. — За ней улица?

— Девочка, ты же видишь — на ней унитаз и рукомойник. Если бы она была наружная, то трубы перемерзали бы.

— Ах да, что-то я плохо соображаю. Тяжёлый день.

— Наружная — вон та, торцевая. За ней переулок, там помойка. Впрочем, сейчас везде помойка, потому что мусор никто не вывозит уже неделю.

— Представьте, что у меня есть средство выйти из камеры и проделать дырку в стене…

— Тебя не обыскали, — удивился Данька, — оставили УИн?

— Черноглазые — те ещё раздолбаи, даже в полиции, — заметил Бен. — Кстати, парень, не хочешь травки? У меня есть косячок…

— Нет, — отказался Данька, — и так в голове чёрт те что творится.

— Как хочешь. Если представить, что мы оказались за той стеной, то есть недурные шансы затеряться в городе. У полиции полно работы и не хватает кадров, потому что все наши уволились.

— Вы нам поможете?

— Если ты совершишь чудо и стены отверзнутся? Да я на вас молиться буду, чёрт меня дери!

— Вась, — сказал Данька, — я не смогу быстро идти. Я как пьяный после шока.

— Что нам делать с пьяным матросом? — тихо запела Васька. — Что нам делать с пьяным матросом, Что нам делать с пьяным матросом, Этим ранним утром? Может, отправить его плавать брассом, И напоить газированным квасом, Чтобы он смог разговаривать басом, Этим ранним утром?