В третий раз выдавая Эверетту начальный капитал, отец очень недвусмысленно сообщил, что в последний раз оказывает сыну помощь и покровительство в этом обреченном на провал предприятии, а именно во вложении средств во что-то жизнеспособное – такую задачу, ехидно добавил Элвин, пожалуй, лучше поручить любому из кузенов Эверетта или даже кухарке.

И вот Эверетт, который к тому времени явно не желал больше идти на риск, стал искать более надежный объект вложений и, как ему казалось, нашел его в бруклинской финансовой компании под названием «Синдикат Франклина», глава которой утверждал, что располагает конфиденциальной информацией о неких акциях на Нью-Йоркской бирже и это позволяет ему влиять на фондовый рынок. Этот человек был настолько уверен в своей способности зарабатывать деньги, что гарантировал не только поразительную доходность в десять процентов в неделю , но и защиту первоначальных вложений. Другими словами, Эверетт при всем желании не смог бы просадить последнюю часть полагавшегося ему капитала Огастинов, и эти обещания были музыкой для его боязливых ушей.

Тем не менее начал он с малого: открыл вклад в размере ста долларов, а когда через неделю вернулся в бруклинский офис «Синдиката», его действительно ждала прибыль в виде новенькой хрустящей десятидолларовой банкноты. И теперь у него был выбор: он мог либо забрать себе эти десять долларов, либо добавить их ко вкладу. Если бы он остановился на втором варианте, то доход на следующей неделе был бы немного больше. Так оно и оказалось: он получил одиннадцать долларов, которые опять добавил к своему вкладу. На другой неделе он перевел полученные двенадцать долларов на счет и еще через неделю, как и обещалось, получил тринадцать долларов. И так далее. Несложные расчеты показали, что любое вложение в «Синдикат» принесет доход в пятьсот двадцать процентов всего за один год, и поэтому каждый раз, когда Эверетт приходил в бруклинский офис «Синдиката», очереди из желавших открыть вклад и получить прибыль становились все длиннее и длиннее: слухи распространялись быстро. Довольный результатом, Эверетт решил отнести в «Синдикат» все оставшиеся деньги, после чего ему предложили пятипроцентную комиссию с любых новых вложений, которые он им обеспечит; и вот чуть ли не на правах представителя «Синдиката» он начал приводить к ним клиентов – друзей и родственников, – получать комиссионные и добавлять их к своему вкладу, размеры которого, судя по доходам, неуклонно росли, и всего через несколько лет Эверетт должен был стать богаче своего отца, о чем с удовольствием заявлял за семейными обедами, однако отец упрямо отказывался иметь дело с «Синдикатом».