Прогноз не оправдался. Гость сперва держался в стороне, наблюдая за берегом, а может, наслаждаясь классической музыкой, которая лилась из машины. Данила бы поставил чего другого, но дядя Женя заявил, что питомцы у него нежные и для их развития только классика и подходит.

На берегу его же стараниями появилось зеленое покрывало. А уже на покрывале — бутылка с Извергом. Но тут Данила не поручился бы. Может, это была Холера или Чума? Сказать, что ли, чтоб подписал? Так, для тех, кто не очень хорошо различает нежить по мордам.

Тут же появилась корзинка с пирожками, и ещё миска хвороста.

Из портфеля, что характерно.

— Откуда? — поинтересовался Данила у демона, в очередной раз давя в себе зависть. Зависть давилась неохотно.

— Антонина Васильевна дала, — ответил тот, вытаскивая и графин с морсом. — Сказала, что мы опять обед пропускаем, и следовательно, нарушаем режим питания. А соблюдение правильного режима питания благотворно сказывается на здоровье.

Сам он присел на землю, скрестивши ноги. И главное, от костюма освобождаться не стал.

Данила же подумал и майку стянул.

А что? Хоть загорит, если плавать нельзя. Со стороны реки доносились голоса, однако как ни пытался Данила расслышать хоть что-то, не получалось. А над водой и туман поднялся, причём лишь в одном месте, этакою завесой от посторонних глаз.

Ну и ладно, не больно-то и хотелось.

То есть, хотелось. Он нормальный, в отличие от некоторых безрогих, человек, а потому не отказался бы полюбоваться на девиц в неглиже, но… в общем, пирожками тоже можно было любоваться, а ещё, что куда важнее, трогать, не опасаясь за целостность организма и стабильность формы оного.

— Вась, слушай, а как тебе Элька?

— Василий. И Элеонора. Сокращение имени демона в случае, когда статус и личная сила сократившего не превосходят таковые сокращаемого, является намёком на личную несостоятельность и, следовательно, вызовом. Но я не хочу с тобой драться. А ты настаиваешь.

— Я не настаиваю. И у людей часто имена сокращают. Можешь меня Данькой называть. Или ещё как… только не придурком. Это привилегия Таракановой.

Демон задумался. А потом кивнул:

— Взаимные уступки внутри одного гарема и приемлемы, и допустимы, — он взял пирожок, понюхал и спросил: — А ты когда-нибудь пробовал настойку на почках пустынного ежа?

— Я и на почках обыкновенного не пробовал, — сказал Данила. — И как-то не тянет, извини. Считай, что ёжика жаль. Он милый.

— Это растение. Многолетнее. Кустарник с развитой корневой системой, — демон открыл портфель. — Его кора по прочности превосходит камень, а потому посадки часто используют для создания защитных полос. Даже тварям хаоса сложно пробраться через них.