Про себя ответил: «Да!», и надпись исчезла.
Оставив Ольгу в овражке, немного закидав её укрытие ветками, мы выдвинулись на поиски машины. Дойдя до трассы и простояв на ней минут пятнадцать, поняли, что дело нам предстоит не такое уж и простое. За эту четверть часа по дороге проехала лишь одна фура и один дорогой внедорожник. Фура нам была не нужна, а водителя внедорожника не заинтересовала Катя.
Мы стояли в тишине, но в какой-то момент Кате молчать надоело, и она сказала:
— Почему ты до сих пор не спросил меня?
— О чём? — удивился я.
— О том, почему у меня в характеристиках другое имя. Я ещё в СИЗО поняла, когда ты мои статы прочитал, что хочешь это спросить.
— Так, ты заметила, что я читал характеристики?
— Как было не заметить? Ты глаза выпучил как камбала.
Катя усмехнулась, и я понял: скрывать что-либо смысла не было.
— Не хотел тебе говорить, что я могу это читать.
— Дурак, что ли?
Я сердито посмотрел на девушку.
— А ты не переходишь границы часом, Катя-Настя? Плевать мне, как тебя зовут! Я удивился тогда, что ты террористка!
— У тебя десятый уровень! — пояснила девушка. — С четвёртого уже можно читать имена, а с восьмого — все базовые характеристики!
Тут до меня дошло, почему никто в КСК не спрашивал, могу ли я читать над ними надписи. Они просто знали наверняка, что могу. А я пытался держать это в секрете. Действительно, выглядел как дурак.
— Ладно, не обижайся, — сказал я примирительно. — И раз уж речь зашла, почему Катя, а не Настя?
— Потому что мама так назвала. А когда нас набирали в диверсионную школу, всем сменили имена и фамилии. Меня сделали Настей, под этим именем я зарегистрирована в Системе. Так она и выдаёт.
Я рассмеялся.
— Куда? В диверсионную школу? Тебя? Что-то ты не очень-то похожа на диверсанта!
— Тебе бомбу сделать из говна и пенопласта, чтобы ты поверил? — разозлилась девушка. — Из меня готовили IT-диверсанта!
— И как? Получилось?
— Вполне!
— А кроме IT, что можешь?
— Практически всё. Кроме… — Катя тяжело вздохнула. — Драться не могу. Боюсь боли. Пристрелить могу, а драться боюсь. Хотя и пристрелить не всегда.
Я было усмехнулся после этого «пристрелить могу», но посмотрев Кате в глаза, неожиданно понял, что она не шутит. Да и как сказал Зуб, просто так на Точку Ч мало кого возят. Видимо, та ещё штучка была эта Катя-Настя.
— А как ты из диверсантки стала террористкой? И что за «Шанс 95» такой?
— Меня со второго курса универа забрали в диверсионную школу, я глупая была, показалось, что это круто. Пересмотрела в детстве киношек про крутых тёток. Тоже так захотелось.