Конечно, я с первого дня моей новой жизни, с той самой встречи в больнице с Железняком и Черноволовым, понял, что нахожусь, мягко говоря, в незавидном положении. А если уж называть вещи своими именами — в заднице. И со временем убеждался в этом всё больше и больше. Но лишь после общения с Коляном, я осознал, что в этой заднице находится весь мир. И ещё я осознал всю её глубину, черноту и холод.
Меня и раньше напрягала Система, завораживала и при этом пугала Игра, но я и подумать не мог, что это никем не контролируется! Никем, кроме непонятной мутной компьютерной программы. Какая ирония: капсулы погружения в виртуальные миры мы ещё не придумали, а вот жизни свои в реальном мире искину уже доверили. Не стали дожидаться погружения в виртмиры, а в реале доверили себя железяке. И если, как сказал Колян, эта Система была саморазвивающейся и заточенной под Игру, то всё, что мы видели вокруг — это ещё цветочки.
Весь наш мир представился мне огромным космическим кораблём, который несётся сквозь просторы космоса, управляемый автопилотом, а мы, все жители Земли, как пассажиры этого лайнера, летим неизвестно куда, в надежде, что электронный мозг автопилота направил нас не в чёрную дыру, а к новым прекрасным мирам. Однако, глядя на происходящее, я больше склонялся к версии с чёрной дырой.
Я подумал, надо бы рассказать родителям, чтобы были в курсе и готовы к тому, что скоро у человечества начнутся настоящие проблемы с этим спятившим искином. Хотя понимал, что даже не смогу им нормально объяснить, чего именно им надо опасаться. Тогда имело ли смысл что-то рассказывать? Что им это могло дать, кроме гарантированных переживаний за меня? Значит, не следовало этого делать. Надо было оставить им возможность жить как раньше, как я несколько недель назад.
И вообще, чтобы предупредить родителей или друзей, да хоть кого-то, для начала нужно было получить возможность это физически сделать. Я так много размышлял о судьбе и перспективах мира и человечества, что забыл о главном: в тот момент мне больше всего стоило думать о своих перспективах. Человечество могло подождать, пока я окажусь если не на шезлонге у бассейна, то хотя бы не на нарах. А находясь в коробочке, первым делом стоило размышлять о том, как выбраться на свободу.
Полноценно помечтать о свободе мне не удалось, так как пришлось отвлечься на щелчок дверного замка. Дверь открылась, и привычное «Седов! На выход!» оповестило меня о перспективах очередного приключения.
Несколько секунд на наручники, и меня куда-то повели, скорее всего, опять к Карпову. Примерно на середине пути перед моими глазами сначала вспыхнула зелёная буква С, как индикатор показавшая, что я опять в зоне доступа Системы, а затем сразу же вылетела надпись: