Конечно, никто уже не узнает правды, и, возможно, на самом деле я ошибаюсь в выводах, однако в инструкциях и прилагающихся к ним учебниках подобное оставалось лишь в теории. То есть, исходя из всех данных, мы просто в какой-то момент взяли и создали подобную технологию. Не было ни одного упоминания об опытных образцах или предшествующих испытаниях. Да, имелись некие теоретические выкладки, но в том-то и дело, что лишь теоретические.

Делиться своими мыслями было не с кем, да и незачем. Однако я сразу вспомнил слова ладжара о «другом пути». Уж не встретился ли Директорат с нашими прародителями? Иначе просто неоткуда угнать подобную технологию, все до сих пор встреченные Директоратом разумные, насколько я знаю, ничем подобным не обладали, и именно поэтому проигрывали землянам в войне за территорию — технологически они уступали нам. Впрочем, в данный момент это знание ничего бы не изменило. Мы все одно отрезаны от землян, и вряд ли когда-нибудь получится задать этот вопрос более ответственным лицам.

Отвлекшись на конспирологические умопостроения, я позволил себе немного расслабиться. А потом сдал-таки чертов экзамен помощнику. И это была самая моя серьезная проверка знаний за всю жизнь. Никаких тестов, где можно угадать правильный вариант, и ни одной допустимой ошибки. Компьютер катал меня по всей теории в хвост и в гриву, а стоило хоть раз ошибиться, сбрасывал результаты с направлением на переобучение. Но и это оказалось цветочками по сравнению с практической частью, когда от меня требовалось решать возникающие с виртуальным реактором проблемы. Одна секунда промедления — и на экране пылала раскалывающаяся планета.

В итоге, когда положенные девять месяцев для эмбрионов в инкубаторе подходили к логическому завершению, передо мной, наконец, загорелась столь желанная надпись.

Доступ к атомной энергии открыт . Доступны следующие проекты: ремонт и создание репликаторов, АЭС, пассажирские космические ракеты, жилые орбитальные станции, ядерное оружие.

Весь мокрый от пережитого стресса, я едва нашел в себе силы подняться из кресла. Нарисованный на плане нашей базы реактор уже начал производство. Также роботы приступили к ремонту имеющегося у нас репликатора и заложили производство его увеличенной версии.

Все это промелькнуло на задворках моего внимания, и я заперся сперва в душе, приводя себя в порядок. Струи горячей воды помогли прийти в себя, а кружка парующего бодрящего отвара окончательно развеяла туман в мозгах.

Допив отвар, бросил кружку в корзину на переработку и направился в медотсек. Ева, окопавшаяся в нем, с умилением смотрела за десятком капсул, где ворочались уже почти готовые выбраться наружу младенцы.