Я же снова посмотрел в лицо ладжара и не смог сдержать разочарованного вздоха. Могу поклясться, что внутри плавает человек. В отличие от джаргаров, этот отличается разве что отсутствием волос на теле. Конечно, скорее всего Мэрау права, и ладжар давно мертв, но… Так хочется обмануться. И так соблазнительно звучит: ладжары это люди! Ведь тогда можно предположить, что однажды мы встретимся, и наши народы…

Да, устроят войну на уничтожение. Уж со стороны Директората так точно. Таковы уж люди, как только их становится много в одной точке пространства, сразу начинается конфликт. Негры в Африке до сих пор едят белых, не воспринимая их за людей, а тут чужаки прилетели, ага, они отберут наши рабочие места и наших женщин. Да.

Дав таким образом себе моральную пощечину, трезво взглянул на плавающего в растворе ладжара. С чего я вообще предположил, что это не очередной гибрид, как те же джаргары? Сделали же коты круглоухую породу. Почему ладжары не могут того же, с учетом, что у них был и материал, и опыт. Теперь, оглядываясь на полученные знания о Мьеригарде, становится ясно: джаргары — это выжившая условно удачная попытка гибридизации. Являлось ли их создание конечной целью или нет, уже не важно: их создатели покинули систему. Ну или сдохли, пытаясь. В любом случае, это уже не имеет никакого значения. Работать нужно не с философскими умопостроениями, а с реальными фактами.

Зачем только его тут оставлять? В качестве запасного плана? Он плавает здесь тысячу лет, а то и не одну, и до сих пор не растворился в своей водичке. Запросто пролежит на консервации еще сотни. Так ли нужно его оттуда вынимать?

Мэрау, похоже, смирилась, что ее драгоценная находка останется нетронутой. Кошка отошла в сторону и обходила комнату, всем видом выказывая раздражение. Ничего, побольше понервничает, покрепче поспит.

— Уходим отсюда, — объявил я, отворачиваясь от колбы.

Моя техническая помощница фыркнула, но все же первой покинула зал. Я в последний раз оглядел пустое помещение и последовал за ней. Стоило пересечь порог, пройдя мимо разрубленных дверей, за спиной раздался оглушительный хруст.

Я еще не успел оглянуться, а все вооружение костюма активировалось. Загоревшийся на визоре шлема прицел попал ровно в голову проснувшегося ладжара.

Распахнув глаза, он молча долбил кулаком по стеклу колбы. И с каждым новым ударом по ней разбегались мощные трещины.

— Он проснулся! — радостно вскрикнула Мэрау, бросаясь вперед.

Я дернулся, пытаясь остановить прыткую помощницу, но та ускользнула из моих пальцев, как вода. А ладжар в этот самый миг пробился на волю из своей клетки.