Действительно, зачем оставлять свои технологии выведенной тобою расе, если ты убедился, что проект завершен, пусть и с ошибками. Вот вам и ответ, почему на Земле нет доказательств присутствия «создателя» людей. Если, конечно, верить ладжару. Выходит, полубог доставил своему основному я все данные, и постройка перестала быть необходимой. Иначе зачем ее было разрушать? В то, что это природное явление, ни с того, ни с сего появившееся на не имеющей никаких предпосылок к подобному территории даже Даран бы не поверил. Незначительное примечание: с момента смерти тела полубога прошло чуть больше двух месяцев, значит, его основной разум получил данные от умершей души и отправил сигнал на самоуничтожение. Что с этой информацией делать? Да хрен его знает.

Но и тут не все новости — толчки разрушили треть уже возведенных моими дронами шахт. Где-то предстоял лишь мелкий ремонт — в отдаленных от эпицентра местах, но в большинстве своем наша аппаратура пришла в полную негодность.

И что в итоге? За одну ночь по воле ладжара я не только ослеп, вновь лишившись своего главного преимущества, но еще и серьезно отброшен назад. Недели уйдут, чтобы заново наладить добычу и доставку, ведь идущие по конвейеру ресурсы теперь тоже не поступят на базу в срок — ленты стали металлолом.

Допив кружку отвара, раскрыл рабочие задачи. Помощник уже внес коррективы, и о запуске спутников можно забыть, как о прекрасном сне, который кончился будничной побудкой. Половина мобильных станций связи, раскиданных по поверхности, не работает, и система обороны, связанная с базой через них, также пошла коту под хвост. Кое-где дублирующиеся соединения уцелели, но это всего три процента от былой мощи.

Мэрау мы ничего не говорили, пусть возится с мелким и о плохом не думает. Но вполне очевидно, что весь северо-восточный край зоны «А» теперь свободен для врага. И я их даже не увижу. Огромная территория просто превратилась в слепую зону.

Погоревав над потраченными впустую временем и материалами, я залез в новую броню и, забрав с собой часть дронов, отправился разгребать последствия землетрясения.

То, что не удавалось починить на месте, складировалось в кузов тягача, и машина, куда мы, наконец, вложили автопилот, возвращала обломки на переработку. К счастью, мы еще не успели освоить отвоеванные пещеры должным образом, и ленты конвейера под землей уцелели. Однако теперь вместо изготовления полезных спутников износ будет идти на переработку и восстановление, которое даже не входило в планы на ближайший год.

На то, чтобы собрать все уничтоженные землетрясением машины, у нас ушла неделя безостановочной работы. Я даже не возвращался на базу для сна — засыпал в джунглях. Успокоение, пришедшее за эти мирные месяцы, как рукой смахнуло. Нервное напряжение копилось, ведь каждый час промедления грозил превратиться в пропущенное нами вторжение. А оказаться не готовым к столкновению хотелось меньше всего.