И все в таком духе. Как они вообще друг друга за столько лет не поубивали — сие тайна великая есть.

И вот из такого общества нам предстоит ковать среднюю касту будущего населения. Хорошо хоть, из самцов старший у нас — Даран, по умолчанию стоящий на верхушке пищевой цепочки.

Кстати, о зарах. Как только он сможет взять самку, ему ни одна не может отказать, если сама вошла в возраст. Так что наплодить не только наследников, но и бастардов Даран может целую кучу — самый старший конкурент отстает от него на два года.

— Как ловко, однако, мы подкинули тебе целый гарем, парень, — хмыкнул я, перелистывая длинный список.

Автопилот затормозил бот и вырубил внешнее освещение. Отключив голограмму традиций джаргаров, я переключился на экран эхолокатора.

— Приплыли, похоже, — пробормотал я, обхватывая пальцами штурвал.

Машина медленно повернулась, задирая нос, пока не встала вертикально. Поддав ходу, следил за информацией на дисплее. Забираться на поверхность, конечно, не нужно, но для того, чтобы прикинуться «акулой», придется держаться глубины плюс-минус двух километров.

Достигнув отметки, медленно повернул морду бота в направлении вражеских кораблей и прибавил ходу. Задав автопилоту параметры следования, включая характерные переходы ниже и выше на сто метров, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза на мгновение.

Да уж, не ожидал я, что поездка займет четверо суток. А ведь я еще даже до точки назначения не добрался.

Взрыв всколыхнул воды океана, подняв высокий столб брызг. Ошметки дерева и металла разнесло далеко в стороны, с борта полетели отброшенные взрывной волной джаргары, орошая темные волны кровью. Сдетонировали кристаллы, одновременно выплескивая накопленную энергию, буквально испаряя и корабль, и находившихся на нем кошаков. Даже часть воды обратилась в пар, отчего возникла громадная проплешина, мгновенно образовавшая водоворот.

Бот тоже хорошенько тряхнуло. Впрочем, машина достаточно быстро стабилизировалась, и я смог вовремя убраться подальше, пока нас не вынесло на поверхность под удары второго судна.

Светиться по-прежнему было нельзя, потому приходилось спешить не торопясь. Эхолокатор от количества выплеснутой энергии сходил с ума, так что дальнейшее продвижение шло вслепую — на дисплее мельтешили сумасшедшие помехи, то рисуя сплошную стену, то наоборот абсолютную пустоту.

Опустившись до трех километров, я смог выдохнуть и выпустить штурвал. По лицу обильно тек пот, заливая глаза, сердце бешено стучало в груди.

— Черт, черт, черт, — повторял я, глядя в отчет состояния бота.