Шириновский вскочил и стал метаться по комнате, как тигр в клетке, громко бормоча и то и дело вскидывая руку с торчащим пальцем, тыкая им в гипотетического противника:

— Сволочи! Подонки! Не верят они в меня, ага. Я вам докажу, всем докажу!

Набегавшись и утомившись, Шириновский успокоился. Нервное возбуждение, охватившее его, постепенно испарилось, и Шириновский смог уже спокойно принять мнение своего начальства, что таким образом указало его место. Впрочем, тщеславие здесь плохой помощник, нужно выкарабкиваться самому за счёт мозгов и послезнания. Да, а что касается вопросов в записке, то…

Впрочем, по должности и месту службы он мог ещё что-то выдумать, а вот перечень сведений, к которым он будет допущен, для него пока была тайна великая… В общем-то, стоило всё оставить пока так, как есть, а когда уже станет известна его должность, тогда и думать, собственно.

Успокоившись, Шириновский вышел из дома и зашёл в небольшое, находящееся в полуподвале кафе и решил отметить зарплату по советской привычке. Ну как отметить? Просто поесть вкусно и спокойно, да ещё в приятной обстановке. А может, и познакомиться с кем… Кафе оказалось полупустое. Присев за один из столиков, Шириновский оглянулся вокруг. Крепкие, из старого кирпича, стены были задрапированы всякими рогами и копытами мордами животных, добытых на охоте. Надо сказать, что охотничий колорит оказался очень неплохим и подходил данному заведению.

Заказав себе всяких вкусняшек и неизменного пива, Шириновский стал шарить по другим столам, в надежде привести в комнату подругу, лёгкую на секс. Увы, взгляд постоянно цеплялся либо за мужчин, либо за женщин, что сидели за столиком не одни. Вздохнув, он принялся за еду и пиво и, особо не засиживаясь, вскоре покинул кафе.

Следующие два дня прошли спокойно, штурмовиков становилось всё больше, люди обменивались между собою разными слухами и пытались спрогнозировать своё будущее. Пока получалось очень плохо. Да и сам он стал немного сомневаться, что всё пойдёт по тому же сценарию, как и в его мире. Если он попал в прошлое, это совсем не значит, что всё в нём сбудется с гарантией в сто процентов, скорее всего, отклонения неизбежны, и, возможно, он в силах многое изменить, ну, чисто теоретически.

На третий день его всё же вызвали для разговора о его будущем. Небольшого роста человек с большой головой и тонкими руками с пальцами, как у пианиста, представился доктором Зигмунтом Фрейштаузе.

— Барон Август фон Меркель⁈ Здравствуйте. Проходите, присаживайтесь, пожалуйста. О! Я вижу на вашем лице следы борьбы за торжество нашей идеи⁈