***

— …согласитесь, брат Симон, аббревиатура ПИДОР лучше всего описывает вас.

— Нет.

— Но почему? По-моему, пехотинец в индивидуальном доспехе, орудующий ракетами — это прямо про вас. Вы пехотинец? Пехотинец. Доспехи сделаны под вас? Под вас. В бою используете ракеты? Используете. Так где несоответствие?

— Я тяжёлый пехотинец, использующий ракетные установки.

— Так и я о том же. К тому же ТПИРУ не звучит. А вот ПИДОР звучит, ещё как! Можно сказать, гордо.

— Нет.

— Эх, скучный вы человек, брат Симон.

— Нет.

— Тогда снова сыграем в шахматы?

— Нет.

— Боитесь опять проиграть?

— Нет.

— Скажите нет.

— Нет.

— Ха!

— Вы уже закончили решать уравнение?

— Вот не надо переводить тему. Вы проиграли во всех смыслах.

— Нет.

До чего же скучный тип. И обстановка скучная, и эта чёртова математика тоже скучная. Разве этим я должен сейчас заниматься? Не думаю. Вот, казалось бы, в этот раз я прям герой, без шуток. Оказывается, в порыве крышесносящего угара я умудрился убить варбосса. А, по словам Пара, вдобавок пытался снять с себя остатки доспехов, дабы окончательно растоптать репутацию врага путём удобрения мёртвого гриба уриной. Причём всё это я сам же и проговорил, стоя на плечах капитана астартес, и пытался уговорить его прыгнуть повыше для, так сказать, создания водопада, а ещё лучше — радуги. Но не получилось. И слава Императору. Я не дошёл до бронепластины в паху, так как вырубился.

И вот, казалось бы, герой! Меня нужно чествовать, парады всякие там проводить, статуи в мою честь ставить, концерты, но всё, что делаю, — это скучные уроки по саморазвитию да ежедневные тренировки с сёстрами. И всё это в здании штаба, откуда мне можно выходить только для прочтения мотивирующих речей перед солдатами и иногда выступать в подобии радио всё теми же речами, добуквенно согласованными с Департаменто Муниторум, то есть с комиссарами. И всё это под охраной. Теперь меня охраняют, или, скорее, надзирают, не только сёстры, но и братья. Сначала их было пять, но потом снизилось до одного — брата Симона, мистера «Нет», постоянно державшего меня под прицелом. Так и хочется сказать: «Успокойся, мужик, тебе столько не платят». Я вообще сомневаюсь, что им что-то платят. Они идейные. Су** Эхх… Как же мир несправедлив.

Прошло примерно три месяца, как сижу под таким своеобразным домашним арестом. Иногда с редкими выездами. Иногда приходит старик, чтобы помолиться вместе со мной. По-моему, он явно подозревает, что я вообще не молюсь без присмотра. Иногда приходят дочери, бывшие когда-то невестами, Императора, тоже вместе помолиться. Вообще, после второго помутнения сознания сестрички начали чуть ли не боготворить меня, даже главная стерва пытается как-то подружиться со мной, что выглядит крайне неловко. А ещё оказалось, что моя старая знакомая тоже получила толику Егошнего внимания. Теперь она не охраняет меня, а ведёт своих товарок в бой, истребляя остатки орков.