Я решил, что это несправедливо, что один из участников избежал проникновения, и прыгнул на него. Я тоже дурак. Кинжал вошёл в район виска, насколько это возможно с негуманоидной тварью, а я сам крепко обнял демона.

Демону не понравились обнимашки. Он взревел, задымился, покатился. Со мной на спине. Мне тоже не понравились такие телодвижения, потому я активно заработал кинжалом. В общем, добил я этого демона. Встал, смотрю — а незнакомый импотент сдох, лежит без движения, и спрашивается, зачем была нужна вся эта возня? Что-то сегодня спаситель из меня никакой.

Долго рефлексировать не мог: вокруг ад, а я единственное светлое пятно в этом аду. Я такой, я вообще хороший. Уфф.

По мере приближения выбирал, к кому обратиться. Оценивал по крутости и эффективности. Самым пиздатым был металлолом со штырём — вот к нему и подкатил. Правда, перед этим пришлось усиленно изображать из себя святого: показательно жарить демонят, кричать вдохновенные речи и вообще строить из себя героя. Тяжкий труд, скажу вам, нести бремя героя.

Когда всё-таки пробился к главному, стал базарить за дела наши скорбные.

— Агент Помело Цитрус, работаю на инквизитора Дольграва Интебро из Ордо Еретикус, — вполне по-светски представился я между очередями из подобранного болтера, да простят меня сёстры.

— Магос Волфар, — представился красный со штырём. — Верификация не пройдена. Данные не подтверждены.

— После боя, — ну серьёзно, не буду же я сейчас оправдываться, что у меня нет никаких документов? Мои документы — это сияние, сила и неъебенная харизма. — Нужно попасть в центр рубки и включить поле Геллера. Вы можете открыть врата в рубку?

— Подтверждаю, при условии невмешательства внешних факторов доступ в рубку будет получен.

— Отлично, — хотя ничего отличного в этом нет. Это ведь придётся как-то всех здесь перебить. Врагов, конечно, только врагов. — Кто главный в вашей группе?

— Брат меча Вархорн, — сказал Волфар, параллельно окатив электричеством тиранидов, которые лезли к скитариям, охранявшим его. Потом посохом указал на чёрного космодесантника, орудовавшего мечом. — Сообщение передано.

***

Пу’кан рубился уже без всякого изящества, никаких сложных приемов, никаких финтов. Только взмах, только удар, сила и мощь которого были просчитаны для каждого противника отдельно, чтобы беречь силы. Прорыв в центр базы был изнурительным, но ведомые братьями-храмовниками силы Империума прошли этот путь, пусть и с потерями. С потерями, что ослабили и без того малое число союзников. Как верный сын Саламандр, он уважал испытания, но для обычных людей они зачастую оказывались непосильными.