До ворот мне было надо пройти не более ста пятидесяти метров. Я, не торопясь, шагал по пустому двору, заваленному непонятным оборудованием, остовами стационарных весов и разнообразных гирь. Откатные решетчатые ворота были закрыты не до конца, как и вчера, там оставалась щель, достаточная, чтобы в нее, боком, протиснулся человек. Я легко проскользнул через ворота, протащил мешок, встретился глазами с, сидящим в будке и читающим книжку без обложки, пожилым вахтером. Не обращая внимания на заполошные крики за спиной, что издавал, все-таки выскочивший со своего поста, страж ворот, сел в припаркованную в длинном ряду автомобилей «Ниву» и, сдав задом, исчез в плотном вечернем потоке транспорта.
Запоздало пришло сожаление о, наполовину сорванной, операции устрашения. Народ, в том числе и сидельцы, еще не пуган, и смело прется грудью на ствол огнестрельного оружия, не допуская, что это не холощенный макет, с которым проводятся занятия по начальной военной подготовке в любой средней школе. Вот и мои сегодняшние супротивники, не поверили до конца, что в руках у очкастого студента настоящее оружие. Даже поспешное бегство воров ничего не значит. Сейчас они отдышатся, призовут к ответу бедолагу Цыпу за его косяки и крысятничество, опрокинут в себя по двести грамм сучка или еще какого алкогольного суррогата и начнут думать, что делать с зарвавшимся очкастым дрыщом. Сто процентов, воры решат, что дурень выстрелил в них с испуга, а значит, что еще ничего не кончилось. Можно еще отловить придурка, нагнуть его «на деньги», да и козырный «ствол» отобрать, в хозяйстве все пригодится.
Глава девятая. Вышел месяц из тумана.
Июль одна тысяча девятьсот девяносто первого года.
Машину мы припарковали у одноэтажного засыпного домика, имевшего вид нежилой и заброшенный — половина окон остекления не имела, смотря на мир через, раздутые от влаги, куски картона. Позади нас с Русланом в «Ниве» волновался, занявший задний диван, Демон, взволнованно поскуливающий и периодически кладущий морду на плечи мне или напарнику. Надежда, что пес побегает вволю не оправдалась — местные кабыздохи, стоило мне выпустить своего зверя из машины, хором взвыли в радиусе двух километров, и не прекращали лаять и завывать, пока, через десять минут, я не загнал недовольного кобеля в машину. Когда вокруг воют все окрестные собаки и начинают орать их хозяева, о каких засадных мероприятиях может идти речь?
Руслан в очередной раз заерзал, готовясь задать очередной вопрос, смысл которого, в итоге сводился к одному — а в правильном месте ли мы сидим, может быть злодеи уже….