Глава тринадцатая. Недостаточная дистанция.
Июль одна тысяча девятьсот девяносто первого года.
Вынырнув из сладкой дремы, я молодецки выскочил из ванны и…неловко перебирая ногами по, вмиг ставшими скользкими, как каток, керамическим плиткам, чуть не разбил голову о унитаз. Только в последний момент я успел ухватится за влажные трубы, по которым в задранный к потолку бачок вливалась и стекала вода. Отдышавшись (картина, как бы смотрелась алая кровь на белоснежном ободе унитаза всплыла у меня перед глазами) я обернул полотенце вокруг чего положено и шагнул к входной двери.
— Какого хера! — первая мысль, посетившая меня, когда за дверью, что я распахнул со всей дури, обнаружился стажер по безвестникам Руслан, был срочный вызов под очи начальства: — Никуда не поеду! Заболел!
Я уже практически захлопнул дверь, но в последний момент понял, что для посланца руководства у Руслана слишком убитый вид, с таким лицом казенные вопросы не решают.
Поэтому дверь я не захлопнул, напротив, выглянул, чтобы полюбоваться на сгорбленную фигуру, совсем не похожую я знакомого мне, бравого оперативника.
— Руслан, стой. Стоять, я сказал!
Парень прошел еще пару шагов и замер.
— Заходи, я то я из ванны, продуло ночью сегодня. — я прикрыл дверь, натянул свежие трусы и майку и прошел на кухню: — Проходи, раздевайся.
Руслан, с самой мрачной мордой, которую я у него видел, застыл на пороге моей кухоньки безмолвной глыбой.
— Проходи, присаживайся. И, извини, что наорал на тебя. Думал, что опять руководство на работу вызывает. Рассказывай, что случилось?
Повествование Руслана не отличалось ни оригинальностью, ни закрученностью сюжета, все в рамках новых времен.
Вчера, среди бела дня, папа Конева Руслана, Конев Борис Викторович, ехал на принадлежащем ему автомобиле ГАЗ-21 по улице Тяжелого наркома, когда перед оленем на капоте его машины мелькнуло что-то белое, вспыхнули стоп-сигналы, скрипнули тормоза. Впереди его машины застыл белый багажник чего- то иностранного, с мягким чмоканьем распахнулись двери, и четыре крепких молодых человека, несмотря на теплую погоду, облаченные в, модные в этом сезоне, желтые кожаные куртки, что неизбалованная советская молодежь, с боем покупала в тамбурах проходящих поездов «Пекин-Москва». Борису Викторовичу помогли выйти из машины, потыкали в царапины на мощном заднем бампере белого цвета и озвучили ценник в одну тысячу долларов на восстановление товарного вида. В залог добрых отношений у гражданина Конева-старшего забрали из бумажника водительское удостоверение и все наличные, в размере тридцати рублей. На прощание парни попросили погасить возникшую задолженность завтра, не позднее пятнадцати часов дня (уже получается сегодня), и не затягивать с полным расчетом, так как пени за просрочку платежа у них очень нескромные.