Эх, теперь опять искать кого-то, ломать голову, а боль и без того все сильнее пульсирует.

Когда дверь за историком закрылась, Сергей Львович опустился в мягкое кожаное кресло и пробормотал:

— Самому уволиться, что ли…

Единственный из учителей, кто не начинал урок с лекции, на отвлеченные темы, или с обсуждения случившегося, была Дина Алексеевна. А кто же еще? Она продолжала рассказывать про дроби, уравнения и многочлены (а Вол иногда по-прежнему выкрикивал «члены!»). Она так же воняла своим старушечьим запахом, так же ходила в брюках с пятнами мела, так же потряхивала рыжевато-седыми волосами и так же тянула скрипучим голосом:

— Вы выпускноо-ой клаа-ас… На носу ГИ-ИИ-АА-АА, и ничто не должно отвлекать вас от подготовки. Вам получать аттестаты, поступать учиться дальше. От этого зависит ваше будущее. Вол! Сядь уже ровно хотя бы на минуточку, а?

— А вы слышали, что произошло, Дина Алексеевна? — спросил Вол.

— Послушай, что бы не произошло, оно должно оставаться там! — она махнула морщинистой рукой на окно. — За пределами школы можете обсуждать что угодно, и на переменках можете обсуждать. Но на уроках будьте добры, занимайтесь делом. Особенно на алгебре. Я понятно объяснила?

Вол покачал головой, ухмыляясь.

Плотников и Андраник, в отсутствии Шули притихли, а если что-то и исполняли, то по большей части безобидное. Но Турка знал, что так будет недолго — неделя пройдет, другая и все вернется на круги своя. Их мыслительные процессы были в чем-то схожи с процессами Дины Алексеевны.

Но настоящий фурор произвел другой человек, всем хорошо знакомый. Сначала возле школы появилась красное «Пежо», потом из него вынырнула девушка на каблуках, с черными волосами, собранными в объемный хвост. Скромная одежда — джинсы, курточка, легкий макияж. От нее веяло чем-то эдаким, и когда она миновала вахтерский пост с грозной бабой Лелей и появилась в коридорах, многие пацаны (да и девчонки тоже) таращили на нее глаза.

Турка столкнулся с ней, когда выходил из туалета. Мария Владимировна улыбнулась и кивнула ему, помахала рукой. Он почему-то подумал, что она его забыла — таким отстраненным выглядел жест.

— Привет, Артур Давыдов!

— Мария Владимировна! Вы возвращаетесь? — вырвалось у него.

— Нет, — улыбнулась она. — Точнее, не к вам. Хотя зовут, — глаза у нее сияли, а у Турки в голове взметнулись сухими листьями воспоминания полугодовалой давности. Дураком надо быть, чтоб вернуться сюда после всего. — Я так, кое-что забыла… Бумажные вопросы.

Они отошли к окну. Мимо текли ученики, а Турка разглядывал лицо бывшей учительницы истории — свежее, девичье, так непохожее на бродящие по школе лица. Не размалеванное, как у большинства старшеклассниц — только губы подкрашены, да брови аккуратно подведены.