Юля не трезвонила о запретной связи направо и налево, но не сдержалась и рассказала одной из близких подруг. Как понял историк, у Юли от этой подруги не было секретов, ну и та тоже беззаботно выбалтывала ей все.

Юля отнюдь не походила на некоторых развязных учениц, место которым скорее не в классе, а на панели. Такие девчонки тут же напоминали историку о тех девчонках, которые смеялись над ним в школе, которые назначали свидания, и не приходили, или же встречали его со своей компанией и ржали — такое было один раз, и униженный Андрей со слезами на глазах убежал прочь.

После выяснился еще один любопытный факт, и подружка конкретно подсела на уши Юле, а потом…

Юля приняла расставание на удивление спокойно, даже безжизненно. Андрей Викторович сначала порадовался, а потом, уже в одиночестве — взгрустнул. Он по-настоящему влюбился в рыжую чертовку, хотел ее вернуть. Желание это зудело, свербело в мозгу и не успокаивалось.

Он пытался заменить влечение. Раньше ведь получалось? Самоконтроль — превыше всего. Но противиться своей природе можно лишь до определенных пор.

Лучший способ побороть соблазн — поддаться ему.

А если так, тогда следовало придумать более безопасный способ, ведь потом Юля сказала, что она знает про него кое-что еще. И он вспылил, наговорил лишнего. Потом жалел, но ничего не мог исправить. Что ж, зато появилась возможность пообщаться с подружкой Юли, ха.

Уж с подругой они пообщались начистоту.

После ему почему-то захотелось еще разок перечитать «Лолиту» Набокова. Иногда он завидовал главному герою, по-хорошему. Иногда презирал его и ненавидел.

Из школы пришлось уйти, но земля слухами полнится. Кажется, директриса рассказала всем кому могла о том, что у Андрея Викторовича крайне сомнительная репутация. Отгуляв впустую летние месяцы, историк уже отчаялся устроиться в школу и лихорадочно соображал, куда бы пойти. Хоть он и был неприхотлив, но все-таки расходы имелись, а деньги таяли.

После, когда он уладил вопросы на старом месте и пообщался с подружкой… подвернулся вариант с 75-ой школой.

Отец пребывал в смятении после допроса сына в милиции. Турка сказал папе, что идет в школу, а на самом деле рванул к Ане.

Сам он пробовал писать ей раньше, Аня не отвечала и не перезванивала. Турка вообще подумал, что все с Аней кончено, как с забытой автором второстепенной героиней романа.

Но тут пришла смс-ка:

«Кое-что нашла в копии дневника. Приезжай»

Он ответил, что приедет. Хотел позвонить, но решил, что это ни к чему. Раз уж Аня сама не набрала… да и вообще, Турка хотел увидеть девушку, извиниться. Все-таки плохо разошлись, а она столько для него сделала.